– Алина, это Тамара! – в трубке раздался голос, натянутый до звона от показной радости. – Мы через недельку будем в городе, нужно с бумагами разобраться. Перекантуемся у тебя пару недель, ладно?
Алина едва не поперхнулась чаем. Ни тебе «привет», ни «как поживаешь» – сразу с места в карьер: поживем. Не спросили, удобно ли, не поинтересовались, можно ли. Просто поставили перед фактом.
– Тамара… – Алина старалась говорить спокойно и доброжелательно. – Рада тебя слышать. Но насчет остановиться… Может, я помогу вам подобрать гостиницу? Сейчас есть хорошие варианты и по приемлемой цене.
– Какая еще гостиница? – фыркнула Тамара так, будто племянница предложила что-то абсурдное. – Зачем деньги на ветер бросать? У тебя ведь от отца осталась трешка! Целая трехкомнатная квартира на одного человека!
Алина прикрыла глаза ладонью. Началось.
– Это моя квартира, Тамара.
– Твоя?! – в голосе послышалась резкость и обида. – А твой отец кто был? Разве не из нашей семьи? Кровь ведь одна! Мы тебе не чужие люди, а ты нас как посторонних в гостиницу отправляешь!
– Я никого не выгоняю. Просто сейчас у меня нет возможности вас принять.
– И почему же?
«Потому что тогда вы превратили мою жизнь в сущий кошмар», – подумала Алина, но вслух сказала иначе:
– Так сложились обстоятельства. Не получится у меня вас разместить.
– Обстоятельства у нее! – раздражение уже звучало открыто. – Три комнаты пустуют, а она про обстоятельства говорит! Отец твой бы никогда семью за дверь не выставил! Вся ты в Светлану пошла…
– Тамара…
– Что «Тамара»? Мы приедем в субботу к обеду. Богдан и Никита со мной будут. Встретишь нас как положено.
– Я же объяснила: принять вас не смогу.
– Алина! – голос стал твердым и повелительным. – Это даже обсуждать нечего. Жди нас в субботу.
Раздались короткие гудки — разговор был завершён.
Алина медленно опустила телефон на столешницу и несколько секунд неподвижно смотрела перед собой. Затем тяжело вздохнула и откинулась назад на спинку стула.
Как всегда одно и то же…
Два года назад Тамара уже «останавливалась». Тогда приехали всей компанией: обещали задержаться на три дня — остались почти на две недели. Алина до сих пор помнила тот хаос: Богдан разваливался на диване прямо в ботинках и щёлкал пультом до глубокой ночи; Никита — их взрослый сынок двадцати трёх лет — таскал еду из холодильника без спроса и ни разу не удосужился помыть за собой посуду; сама же Тамара хозяйничала на кухне с видом царицы, критикуя всё подряд — от штор до плитки с «неправильным» узором…