— Спасибо, что предупредили.
— Да не за что. Ты там будь осторожнее, вдруг какие-нибудь аферисты крутятся.
Ирина отключила телефон и подошла к Тарасу, устроившемуся в кресле с планшетом.
— Соседка звонила. Сказала, возле дачи в Бородянке какие-то люди ходили. Фотографировали, что‑то измеряли рулеткой. Ты ничего об этом не знаешь?
Тарас поднял взгляд. Черты лица напряглись.
— С чего бы мне знать?
— Я просто спросила.
— Нет, впервые слышу. Может, случайные прохожие.
— Случайные прохожие не обмеряют чужие участки.
— Тогда не знаю. Может, правда мошенники.
Он снова уткнулся в экран, давая понять, что разговор закончен. Но Ирина заметила: он лжёт. Пальцы, державшие планшет, едва заметно подрагивали, а голос звучал слишком ровно, неестественно спокойно.
На следующий день, в субботу, без предупреждения явилась Лариса. Как обычно, позвонила в дверь около десяти утра. Ирина открыла, толком даже не успев привести себя в порядок.
— Здравствуйте, Лариса.
— Здравствуй. Тарас дома?
— Да, проходите.
Свекровь вошла, сняла пальто и направилась в гостиную, где Тарас смотрел новости.
— Сынок, проходила рядом, решила заглянуть. Вот вам хлеб, булочки принесла.
— Спасибо, мама.
Лариса присела на диван, окинула комнату внимательным взглядом.
— Квартира у вас хорошая, светлая. Только аренда, наверное, в гривнах выходит немалая?
— Терпимо, — коротко ответил Тарас.
— А если бы избавиться от какой-нибудь лишней недвижимости, можно было бы откладывать уже на своё жильё.
Ирина стояла в дверном проёме и наблюдала. Лариса даже не смотрела в её сторону — говорила будто в пространство.
— Сейчас, кстати, удачный момент для продажи загородных участков, — продолжила она. — Цены подросли. Многие покупают дачи для летнего отдыха. Особенно ценятся места рядом с лесом.
— Мам, к чему ты это? — Тарас бросил быстрый взгляд на жену.
— Просто делюсь информацией. Вот моя соседка продала дачу за миллион двести тысяч гривен. Участок крошечный, домик старый, а всё равно выгодно вышло.
— Понятно, спасибо.
Ирина развернулась и ушла на кухню. Пальцы дрожали. Всё складывалось в единую картину. Лариса явно хочет, чтобы она продала дачу в Бородянке. А люди с рулеткой — скорее всего, оценщики. Свекровь уже начала действовать.
Вечером, когда Лариса ушла, Ирина сидела на кухне с чашкой чая. Тарас долго мерил шагами квартиру, затем вошёл и сел напротив. Молчал, перебирая край салфетки.
— Ты хотел о чём-то поговорить? — нарушила тишину Ирина.
— Да… — Он прочистил горло. — Насчёт дачи.
— Что именно?
— Ты ведь туда почти не ездишь. Стоит пустая. Только налоги платишь. А пользы никакой.
— Польза в том, что это память о бабушке.
— Понимаю. Но, может, стоит всё обдумать? Продать и вложить деньги. Мы бы быстрее собрали первый взнос на квартиру.
Ирина аккуратно поставила чашку и посмотрела мужу прямо в глаза.
— Тарас, это чья идея?
— Моя.
— Не обманывай.
Он отвёл взгляд, замялся.
— Хорошо. Мама предложила. Но я тоже считаю, что в этом есть смысл. Дача простаивает, могла бы принести реальную пользу.
— Кому именно?
— Всем… Маме на лечение. Нам — на жильё.
— Дача принадлежит мне. И только я решаю её судьбу.
— Ирина, не упрямься. Это же рационально.
— Рационально? — Она поднялась из-за стола. — Продать моё имущество, чтобы твоя мать поехала в санаторий? Почему бы ей самой не поработать? Ей всего шестьдесят три, вполне может найти подработку.
— Она уже немолода!
— Немолода, но здорова. И дачу я продавать не собираюсь. Точка.
Ирина вышла, оставив его на кухне. Лицо Тараса стало угрюмым.
Прошла неделя. В доме повисло напряжение. Тарас почти перестал разговаривать с женой: приходил с работы, молча ужинал и запирался в комнате. Ирина пыталась наладить диалог, но он отмахивался.
В пятницу вечером он снова вернулся к этой теме. Ирина сидела за компьютером, разбирая рабочие письма. Тарас подошёл, остановился рядом, некоторое время молчал.
— Я тут подумал… — начал он неуверенно.
— О чём?
— Может, тебе и не нужно самой заниматься продажей. Пусть мама всё организует. У неё есть связи, найдёт покупателя. А деньги… пусть оставит себе. Ей они нужнее.
Ирина медленно повернулась к нему, не веря услышанному.
— Повтори.
Он избегал её взгляда, смотрел в пол.
— Ты же всё равно туда не ездишь. Пусть мама продаст дачу в Бородянке и заберёт деньги себе.
Повисла тишина. Сердце Ирины билось где-то в горле. Он серьёзно? Он правда предлагает ей фактически подарить собственность свекрови?
— Тарас, ты вообще осознаёшь, что сейчас сказал?
— Осознаю. Это просто вариант.
— Ты предлагаешь мне отдать мою дачу твоей матери.
— Не отдать… Просто чтобы она продала и оставила деньги себе. Ей нужно лечение.
Ирина поднялась. Пальцы непроизвольно сжались.
— А те люди с рулеткой? Это оценщики, которых прислала твоя мама?
Тарас молчал. Лицо налилось краской.