Лицо вспыхнуло жаром.
— Отвечай!
— Да. Она пригласила оценщика. Хотела понять, сколько может стоить дача.
— Без моего ведома?!
— Она рассчитывала, что ты не будешь против! Ты же всё равно туда не ездишь!
Ирина резко взяла телефон, нашла в списке контакт свекрови и нажала вызов. Тарас попытался перехватить аппарат, но она отступила в сторону.
Лариса ответила после третьего сигнала.
— Алло?
— Лариса, это Ирина. Тарас сказал, что вы собираетесь продать мою дачу.
— Наконец-то! А то я уже думала, он тебя никогда не убедит. Я, между прочим, покупателя нашла. Порядочный человек, предлагает миллион сто. Для такого старого дома — прекрасная сумма. Быстро всё оформим, через неделю деньги будут у меня.
Ирина на мгновение прикрыла глаза — воздух словно стал густым.
— У вас? С какой стати у вас?
— А у кого ещё? Я всё организовала. Мне средства нужны. На лечение. Тарас сказал, что ты согласна.
— Я ничего подобного не говорила!
— Как это не говорила?! Тарас, что происходит?! — голос Ларисы сорвался на визг.
— Лариса, я не намерена продавать дачу. Ни сейчас, ни потом. И уж точно не собираюсь отдавать вам деньги от продажи моего имущества.
— Что?! Да ты просто эгоистка! Дом стоит, разрушается, а я, между прочим, пожилой больной человек! Давление скачет, суставы ломит! Мне в санаторий нужно!
— Это не моя ответственность.
— Не твоя?! Тарас, ты слышишь, как она разговаривает?! Она отказывается помочь твоей матери!
Ирина перевела взгляд на мужа. Тарас стоял, побагровев, стиснув кулаки.
— Она права, — произнёс он глухо. — Мама немолода. Ей требуется помощь. А дача просто пустует.
— Пустует? — внутри всё закипело. — Это память о бабушке! Единственное, что у меня от неё осталось!
— Памятью сыт не будешь! — донеслось из телефона. — Тарас, объясни ей! Пусть придёт в себя!
Тарас шагнул ближе.
— Ирина, прояви человечность. Это пожилой, больной человек. Ей нужны деньги. А тебе эта дача зачем? Ты туда уже год не приезжала!
— Тебя не касается, зачем. Это моя собственность.
— Ты жестока, — выдохнул он. — Я не ожидал от тебя такого.
Ирина нажала кнопку отбоя и бросила телефон на диван. Долго смотрела на мужа.
— Знаешь, Тарас? Я тоже многого не ожидала. Не думала, что ты предашь меня ради матери. Что станешь распоряжаться моим имуществом за спиной. И уж тем более — что вообще на такое способен.
— Я никого не предавал! Я всего лишь хочу помочь маме!
— А моё мнение для тебя что-нибудь значит? Или я в этом доме пустое место?
Тарас опустил взгляд.
— Вот и ответ, — тихо сказала Ирина. — Я подаю на развод.
Он резко вскинул голову.
— Что?!
— На развод. Я не собираюсь жить с человеком, который меня не уважает. Для которого моя собственность — разменная монета.
— Ирина, ты перегибаешь! Из-за какой-то дачи?!
— Дело не в даче. А в том, что ты меня обманул. Что действовал за моей спиной. Что выбрал мать вместо жены.
— Я никого не выбирал!
— Выбрал. Уже давно. Просто я не хотела замечать.
Тарас попытался обнять её, но Ирина отступила.
— Не нужно. Слишком поздно. Завтра подам документы.
— Ирина, давай всё обсудим! Я поговорю с мамой, всё улажу!
— Ничего улаживать не надо. Я решила.
Тарас растерянно замер посреди комнаты, затем схватил телефон и снова набрал номер.
— Мама, она хочет развода!
— Что?! Из-за дачи?! Тарас, это же нелепо! Разрушить семью из-за какого-то старого сарая!
— Мам, что мне делать?
— Подавай в суд! Требуй компенсацию! Она нас оскорбила! Это моральный ущерб!
Ирина слушала и невольно усмехнулась. Компенсация. Моральный ущерб. За то, что она не отдала своё имущество постороннему человеку.
— Лариса, — произнесла она громко, чтобы та услышала. — Дача принадлежит мне. Я получила её по наследству. У вас на неё нет никаких прав. И если вы попытаетесь вмешаться, я сама обращусь в суд. За попытку мошенничества.
— Да как ты смеешь! Тарас, ты слышишь?!
Тарас сбросил вызов и опустился на диван, закрыв лицо руками.
— Ты всё разрушила.
— Я? — Ирина села рядом, оставив между ними расстояние. — Тарас, открой глаза. Это вы с матерью всё разрушили. Решили продать моё имущество без моего согласия. Привели оценщика, нашли покупателя и рассчитывали, что я молча подпишу бумаги и отдам деньги. Вы хоть раз спросили, чего хочу я?
Он не ответил.
— Вот именно. Потому что моё мнение для вас ничего не значило. Я для вас — удобное приложение к вашей жизни.
— Это не так.
— Так. И я больше не намерена быть таким приложением.
На следующий день Ирина позвонила отцу. Сергей жил в соседнем городе и преподавал в техникуме. Ему было шестьдесят один, но выглядел он моложе — подтянутый, энергичный.
— Папа, мне нужна помощь.
— Что случилось, доченька?
— Я развожусь с Тарасом. Нужен хороший юрист.
— Приезжай.