Сантехника — это вовсе не просто трубы и вентили.
По сути, это кровеносная система нашего бренного существования. За сияющим хромом смесителя таится настоящая трагедия: скачки давления, беспощадная ржавчина и бездонная человеческая алчность.
Я говорю это с полной уверенностью. Потому что тружусь старшим продавцом‑консультантом в гигантском гипермаркете «Сантех-Рай».
Именно я — та женщина, которая способна с закрытыми глазами, лишь проведя ладонью по холодному металлу, определить, где благородная итальянская латунь, а где ломкий китайский силумин.
Я безошибочно понимаю, когда выручит фум-лента, а когда следует решительно доставать проверённый временем лён с пастой.
Моя свекровь, Раиса, — дама поистине монументальная, с ней хочется вступать в полемику исключительно шёпотом и желательно находясь в другом часовом поясе.
Она свято убеждена в непоколебимости патриархата, силе дурного глаза и в том, что женщина без мужчины в доме не в состоянии даже открыть банку солёных огурцов, не говоря уже о самостоятельной жизни.
Мою работу она искренне воспринимает как нечто среднее между мытьём полов и торговлей на базаре.
— Оксана у нас горшки продаёт, — театрально вздыхает она на семейных застольях, прижимая к внушительной груди руку, украшенную массивными золотыми перстнями. — Никакой женственности среди этих железяк. Скоро совсем мужиком станет.
Я предпочитаю не вступать в дискуссии. Лишь улыбаюсь с безмятежностью буддийского монаха и молча подкладываю ей селёдку под шубой.
Я самостоятельна. Зарабатываю достойно. И давно никому ничего не доказываю.
Тем более женщине, которая до сих пор стирает и развешивает на балконе полиэтиленовые пакеты из супермаркета.
Настоящая драма случилась в среду.
Мой муж Андрей — человек с золотым сердцем, но абсолютно беспомощный в быту — уехал в командировку. В нашем доме гвозди обычно забиваю я.
Андрею категорически противопоказано давать молоток: в лучшем случае пострадают его пальцы, в худшем — мы лишимся несущей стены.
И именно в этот день труба под ванной решила, что пробил её час. Она жалобно хрюкнула и выпустила тонкую, но настойчивую струйку воды прямо на плитку.
Я без суеты перекрыла вентиль на стояке и уже собиралась набрать знакомого мастера из нашего магазина.
В этот момент телефон буквально разорвался от звонка. Раиса.
Как она умудрилась узнать? Это отдельная история. Пару месяцев назад я собственноручно смонтировала под ванной датчик протечки системы «умный дом».
Мой супруг, искренне считающий себя главным айти-специалистом семьи, настоял, чтобы уведомления приходили именно на его смартфон. Он ведь глава семьи.
Разумеется, едва на кафеле появилась лужица, Андрею за тысячу километров прилетело тревожное сообщение. И что сделал мой взрослый, солидный, уже начинающий седеть муж? Конечно.
Вместо того чтобы позвонить мне и уточнить, всё ли под контролем, он запаниковал и первым делом набрал мамочку.
— Оксана! Андрей звонил, сказал, у вас потоп! Дом тонет! — взвыла трубка сиреной. — И не вздумай никого вызывать своими руками!
Я отстранила телефон от уха, чтобы не оглохнуть.
— Эти твои шабашники из магазина обдерут тебя как липку! — продолжала Раиса. — Ты же женщина, ничего в этом не смыслишь! Тебе любую гайку как золотую втюхают. Я пришлю Максима.
Я выразительно закатила глаза.
— Максим — это золотые руки! Настоящий Микеланджело разводного ключа! — не сдавалась Раиса. — Свой человек, годами проверенный. С родни лишней гривны не возьмёт!
Я уже собиралась заметить, что вся катастрофа сводится к копеечной прокладке в сифоне, которую я поменяю за десять минут без всяких Микеланджело. Но передумала.
Спорить со свекровью — всё равно что играть в шахматы с голубем: он разбросает фигуры, испачкает доску и улетит хвастаться соседкам, как ловко обыграл гроссмейстера.
Я глубоко вздохнула, мысленно досчитала до трёх и приготовилась произнести то, что она так ждала услышать.