— Мама сказала, что вы мой папа, — тихо произнёс мальчик. — Но я вас не помню.
— А ты хотел бы жить со мной?
Богдан задумался, потом откровенно ответил:
— Не знаю. Мы ведь совсем не знакомы. И вы меня тоже не знаете.
Прямота ребёнка поразила Ивана. Ни слёз, ни упрёков, ни попыток вызвать жалость — только спокойное изложение фактов.
— Оксана, мне нужно время всё обдумать.
— Времени нет, — мягко проговорила она. — Богдан должен с понедельника пойти в новую школу. Ему нужна стабильность.
— А если я откажусь?
— Тогда его ждёт детский дом. У него больше никого нет.
Позже вечером Иван сидел в своей просторной квартире и смотрел на фотографию, которую оставила Оксана: она с маленьким Богданом на берегу моря. Мальчику около трёх лет, он смеётся и строит замок из песка.
Иван пытался представить себя в роли отца. Он привык к упорядоченному образу жизни: работа, спортзал, ужины в дорогих ресторанах и мимолётные связи без обязательств. Никто рядом не зависел от него ни морально, ни физически. Так было всегда — и его это устраивало. А теперь перед ним семилетний ребёнок, которому нужно всё: внимание, забота… любовь.
Он набрал номер своего близкого друга:
— Сергей, представь себе: у меня есть сын. Семь лет.
— Что? Откуда он взялся?
— От Оксаны. Она скрывала это восемь лет… А теперь тяжело больна и просит меня забрать ребёнка к себе.
— И что ты собираешься делать?
— Я сам не знаю… Я ведь никогда не был отцом. Не понимаю детей вообще.
— А если попробовать? Вдруг получится?
— А если нет? Он уже пережил слишком многое… Я могу только усугубить ситуацию своей неопытностью.
Но на следующее утро Иван всё же позвонил Оксане:
— Привози Богдана. Попробуем справиться вместе.
Первые дни оказались настоящим испытанием. Богдан словно закрылся в себе: молчаливый, отстранённый и почти незаметный в доме. За обедом — тишина; уроки делал молча; даже перед сном не произносил ни слова.
На все вопросы Ивана отвечал коротко:
— Богдан, тебе нравится твоя новая комната?
— Да.
— Как дела в школе?
— Нормально.
— Может быть, сходим в кино на выходных?
— Как скажете.
Иван чувствовал себя совершенно растерянным. Казалось бы, он умеет убеждать судей и выигрывать самые запутанные дела… Но здесь всё рушилось: он не мог найти подход к собственному сыну. Всё будто вышло из-под контроля без предупреждения.
Прошла всего неделя — и вот уже Оксана лежала в больнице. Каждый день после школы Иван отвозил Богдана к ней. В палате мальчик преображался: улыбался, рассказывал о школьных новостях, крепко обнимал маму… Но дома снова становился замкнутым и молчаливым.
Однажды вечером Оксана сказала ему тихо:
— Иван… пожалуйста, не злись на него. Он просто боится привязаться снова… Для его возраста это слишком много потерь подряд…