Я открыл переноску. Богдан, как и положено уважающему себя коту, сперва продемонстрировал полное безразличие к происходящему, но вскоре всё же выбрался наружу. Земля словно притягивала его вниз, а любопытство подталкивало вперёд.
Кот был крупным и увесистым, с блестящей шерстью и ясным взглядом. Живот мягкий на ощупь, но не напряжённый, дыхание ровное и спокойное, сердце работало уверенно — напоминая старенький холодильник: гудит себе тихо, но не дребезжит.
Абсолютно здоровый кот. Ни малейших признаков «помешанной санитарки».
Зато было заметно другое — как он смотрел на свою хозяйку. Не как на «маму» (термин мне не по душе, хотя люди его обожают), а скорее как на важный личный проект. С лёгкой настороженностью, но без страха.
— Он всегда таким уравновешенным был? — поинтересовался я.
— Да, спокойный был, — подтвердила Оксана с кивком. — Пока муж был жив — вообще идеальный кот. Он его даже больше любил, чем меня. Вместе футбол смотрели… А потом… муж умер. И он ко мне перебрался в постель. Мы вместе спали. Я даже шутила: «Слава богу, хоть кто-то рядом дышит».
Сказано это было так буднично и просто, что захотелось сделать вид будто ничего особенного не прозвучало.
— А теперь ему уже не нравится ваше дыхание рядом? — уточнил я.
— Вот именно! — вспыхнула она моментально. — Я уже смеюсь: он меня из спальни выгоняет! Бессовестный какой!
Богдан устроился возле её стула и аккуратно положил лапу ей на ботинок. Похоже, с совестью у него всё было в порядке.
— Давайте немного проясним ситуацию, — начал я снова. — Вы говорите: он будит вас где-то между трёмя и четырьмя утра?
— Ну да… То в три разбудит, то ближе к четырём… Почти всегда в этот промежуток.
— До этого вы спите спокойно?
— Вроде бы да… — пожала плечами она. — Засыпаю около одиннадцати вечера: таблетку от давления приму и засыпаю быстро… А потом такое чувство… будто куда-то проваливаюсь во сне… а он меня оттуда вытаскивает.
Интересная формулировка – «вытаскивает».
— Когда он вас будит – что вы ощущаете?
Оксана задумалась ненадолго.
— Плохо чувствую себя тогда… Голова словно ватная становится… сердце колотится сильно… во рту пересохло… Иногда кажется – воздуха не хватает совсем… Я думаю: опять давление шалит… Кладу таблетку под язык – и перехожу на диван в зале… Минут через двадцать отпускает…
Я задал ещё несколько уточняющих вопросов про храп и перерывы в дыхании («Да-да! Соседка говорила – бывает замолчу совсем во сне… а потом вдруг резко вздохну»), спросил также о странных ощущениях ночью вроде того самого «перевёрнутого сердца». Всё это уже выходило за рамки моей специальности как ветеринара… Но если хозяйку среди ночи что-то пугает настолько сильно, что она приходит с этим к врачу для животных – значит врачи для людей где-то упустили важное.
— Послушайте… — сказал я мягко. — Я животных люблю искренне… Но боюсь, что главный пациент здесь вовсе не кот…
— Что вы имеете в виду? — удивилась она.
— С Богданом всё хорошо. По крайней мере по результатам осмотра никаких тревожных признаков нет: ни внезапного помешательства у него нет; ни ненависти к вашей спальне; ни желания переселить вас на диван из принципа тоже нет… Ему вообще всё равно где вы спите… Но вот то, что происходит с вами между трёмя и четырьмя часами утра – это его настораживает…
— Что может его пугать? Я ведь просто сплю…
— Вам кажется что вы спите спокойно… А кот сидит рядом и наблюдает: вдруг вы начинаете дёргаться или тяжело дышать; или наоборот – замираете надолго без звука… У него нет диплома врача-кардиолога – зато есть острое чутьё и свой опыт жизни рядом с вами… Ему становится страшно – вот он вас и тормошит до тех пор пока вы не уйдёте из комнаты или не смените позу на диване там где вам легче дышать…