Рекламу можно отключить
При оформлении подписки Дзен Про она исчезает из новостей, видео и статей. Роман Назаренко с раздражением бросил телефон на диван и закурил. Пальцы дрожали. Снова этот звонок. И снова незнакомый голос:
— Ваш брат Богдан Шаповал оказался в беде. Ему срочно требуется помощь. Перезвоните по указанному номеру.
Какой еще брат? Какой Богдан? У Романа никогда не было братьев — он рос единственным ребенком. Мать умерла пять лет назад, а отец давно спился и исчез без следа. Родных больше не осталось. Откуда взялся этот Богдан?
Но звонки не прекращались. Каждый день, иногда дважды за сутки — номера разные, но суть одна: «ваш брат», «он ждет вас», «нужно приехать».
— Послушайте! — сорвался Роман на пятый день. — У меня нет никакого брата! Прекратите этот бред! Это чья-то глупая шутка!
— Богдан Шаповал, тридцать два года, родом из Винницы. Ваш сводный брат по отцу. Сейчас находится в Черкассах, в шестнадцатой больнице. Обратитесь в реанимацию.
После этих слов связь оборвалась.
Роману было тридцать пять лет, он тоже родился в Виннице. Его отец — Юрий Ткаченко. Совпадение? Но отец никогда не упоминал о других детях… Хотя он вообще редко делился чем-либо личным: пил, устраивал скандалы, поднимал руку на мать. Когда Роману исполнилось двенадцать, тот просто собрал вещи и ушел из дома навсегда.
«Да ну его», — подумал Роман и попытался выбросить странные звонки из головы.
Но уже на следующий день пришло сообщение с фотографией: мужчина чуть за тридцать, худощавый, бледный, в больничной одежде… И подпись: «Богдан Шаповал. Ваш брат умирает и хочет увидеться».
Роман долго всматривался в снимок: что-то знакомое мелькало в чертах лица… Разрез глаз? Очертания носа? Или просто воображение разыгралось?
Он включил ноутбук и начал искать информацию о Богдане Шаповале из Винницы. Нашлось несколько упоминаний — участие в спортивных соревнованиях десятилетней давности, запись среди выпускников школы №43 — той самой школы неподалеку от дома его детства.
«А вдруг правда брат?» — промелькнуло у него в голове.
Вечером он отправился в указанную больницу: шестнадцатая клиника, третий этаж реанимации. Медсестра встретила его настороженным взглядом:
— К кому вы?
— К Богдану Шаповалу… Я… я его брат.
— Проходите… Только ненадолго — ему тяжело дается общение.
Роман вошел внутрь палаты с четырьмя койками; один из пациентов был тем самым человеком с фотографии: худой до прозрачности мужчина с кислородными трубками и капельницей; глаза были закрыты.
— Богдан?.. — тихо позвал Роман.
Мужчина открыл глаза и долго смотрел на него пристально… Потом едва заметно улыбнулся:
— Роман… Все-таки приехал…
— Откуда ты меня знаешь? Кто ты вообще такой?
— Я твой младший брат… По отцу… Сядь рядом — расскажу…
Говорить ему было трудно: каждую фразу приходилось прерывать паузами для дыхания; рассказ вышел коротким и печальным одновременно.
Их отец, Юрий Ткаченко, жил двойной жизнью: официальная семья с матерью Романа… И любовница – мать Богдана… Ей он клялся уйти из семьи вот-вот… Обещания длились двадцать лет подряд… Богдан появился на свет спустя три года после рождения Романа… Отец наведывался редко – приносил деньги и снова исчезал надолго…
— Когда мне исполнилось девять лет – он ушел от твоей матери… Мама надеялась – теперь останется с нами навсегда… Но вместо этого он окончательно спился… Жил где придется – перебивался случайными заработками… Иногда приходил просить денег – мама давала… Она любила его до самого конца…
Богдан закашлялся сильно; медсестра подошла с водой – он сделал глоток…
А потом он умер.