Маричка вздрогнула от звонка в дверь и непроизвольно сильнее стиснула чашку с кофе. Суббота, десять утра. Она прекрасно понимала, кто стоит на пороге.
— Иван, сыночек! — голос Ларисы разрезал тишину квартиры ещё до того, как хозяйка успела открыть дверь. — Ой, как я соскучилась! А ты, Оксана, помоги с пакетами.
Сестра мужа протиснулась следом, таща два тяжёлых пакета. Бросив на Маричку оценивающий взгляд — с головы до ног, несмотря на разницу в росте, — она усмехнулась:
— Привет, Маричка. Ты что, всё ещё в халате? Мы-то думали, ты к нашему приезду уже во всеоружии.
Маричка замерла в проёме спальни, наблюдая, как её спокойное утро рассыпается в прах. Иван предупредил лишь накануне вечером: мама с Оксаной приедут на пару дней. Ни собраться с мыслями, ни спрятать вещи, которые обычно становились предметом пристального изучения, она не успела.
— Здравствуйте, — натянуто улыбнулась она. — Проходите. Сейчас переоденусь и поставлю чай.
— Да не суетись ты, — Лариса уже расположилась на диване, внимательно осматривая гостиную. — Мы сами справимся. Правда, Иван? Ты же знаешь, где у вас что лежит. Оксана, поставь чайник.
Оксана направилась на кухню, и Маричка поспешила следом — хотя бы проследить, чтобы гостья не начала проверять шкафчики. Но опоздала: нижний ящик уже был открыт.
— О, какие у вас тут органайзеры, — протянула Оксана. — Прямо как на картинке. Только зачем столько мороки? У нас с мамой всё проще — и ничего, живём.
Первый день прошёл без открытых конфликтов. Лариса делилась с Иваном новостями о соседях, рассказывала, как в их подъезде заменили лампочки, жаловалась на давление. Оксана листала ленту в телефоне, время от времени вставляя колкие замечания. Маричка тем временем готовила обед, накрывала на стол, мыла посуду. К вечеру ноги налились тяжестью, а поясница ныла от усталости.
— Иван, сходишь в магазин? — тихо попросила она, когда муж зашёл на кухню за водой.
— Мам, Оксан, вам что-нибудь взять? — тут же окликнул он.
— Творожку бы, сынок, — отозвалась Лариса. — И сметаны пожирнее. Не такой, как вы обычно покупаете.
Маричка ничего не сказала. Двадцать процентов — вполне нормальная сметана. Но спорить не хотелось.
На следующий день начались странные «совпадения».
Сначала Лариса, решив проверить карманы куртки Ивана перед стиркой (хотя её об этом никто не просил), обнаружила визитку.
— Иван, а это что? — она помахала карточкой перед сыном, который работал за ноутбуком. — Кристина, менеджер по маркетингу. И номер телефона имеется.
Иван даже не оторвался от экрана:
— Это с конференции, мам. Рабочий контакт.
— Разумеется, рабочий, — Лариса прищурилась. — А Маричка знает о таких контактах?
Маричка в этот момент вошла с пылесосом и поймала её взгляд — в нём читалось плохо скрываемое удовлетворение.
— Иван рассказывал о конференции, — спокойно произнесла она. — У них было много полезных встреч.
— Конечно, полезных, — усмехнулась Оксана, появляясь с кухни с бутербродом. — Особенно если встречи с девушками.
Иван недовольно скривился:
— Оксана, хватит. Это всего лишь визитка.
Однако неприятный осадок остался. Маричка заметила, как Лариса многозначительно переглянулась с дочерью. Ситуация их явно забавляла.
К обеду последовал новый выпад. Оксана, без приглашения перебирая содержимое холодильника, наткнулась на бутылку дорогого вина.
— О, Маричка, а это для кого? — она покрутила бутылку в руках. — Недешёвое. Для особого повода?
— Нам друзья подарили на годовщину, — ответила Маричка, вытирая ладони полотенцем и стараясь не выдать раздражения.
— На годовщину? — Оксана изобразила удивление. — А когда это было? Иван, ты вообще в курсе про эту бутылку?
— Конечно, — нахмурился он. — Пару месяцев назад подарили. Оксана, к чему это?
— Да ни к чему, — пожала она плечами, возвращая вино на место. — Просто подумала: вдруг Маричка бережёт его для кого-то другого. Когда тебя нет.
— Оксана! — Иван повысил голос. — Перестань говорить глупости.
Лариса тут же вмешалась:
— Иван, не надо так с сестрой. Она всего лишь задала вопрос. Ты всегда был чересчур доверчив.
У Марички внутри всё стянулось в болезненный узел. Они будто нарочно сталкивали их лбами, получая удовольствие от каждого намёка, от каждого сомнения. В глазах Оксаны блестел азарт, а Лариса с трудом скрывала довольную улыбку.
Маричка медленно выпрямилась, ощущая, как к горлу подступают слова, которые она больше не собиралась держать при себе. Она знала: сейчас придётся чётко обозначить границу и напомнить всем, что для неё существует только один мужчина — её муж.