Уж, наверное, вся в слезах была старушка, когда увидела обожаемого внука. Забыла, видно, как грозилась вышвырнуть его в подъезд, если я не уберусь до приезда её любимого сына — твоего Владислава, Макара.
Я тогда с тобой на руках пошла к реке… А что ещё оставалось? В голове крутилась одна мысль — всё закончить.
Думала, вот так сразу — пусть мне грех, а малышу моему, невинному ангелочку, дорога в рай откроется. Тогда мне это казалось единственным выходом.
Стою на мосту, вода подо мной — серая, ледяная. Ты притих, я прижала тебя крепче… И тут подходит бродяга, хватает меня за руку и говорит: «Не глупи, девка, не бывает безвыходных ситуаций…»
Как будто очнулась. Пошла в парк, села с тобой на лавочку. В голове прояснилось.
Смотрю на тебя — моё солнышко. И думаю: что же я делаю? Себя жалею, бедную-несчастную, а ты? Ты ведь весь мой мир, вся моя вселенная.
Так подумала — и решение само пришло. Пошла к Екатерине. Она для многих была как мать. Не сказать, что добрая — нет, она была особенная. Если уж за что бралась, то до конца.
Всё ей рассказала. Она согласилась помочь — устроить тебя в детский дом.
Когда появлялась хоть минутка, я сразу к тебе мчалась. Нас не разнять было — так крепко обнимались. Ты будто всё понимал. Я плакала, просила прощения, умоляла потерпеть.
«Мама вернётся», — шептала я тебе.
Работала на двух работах. Потом одна девушка, с которой мы вместе трудились, рассказала, что можно хорошо заработать, собирая ягоды — в другой стране. Она как раз собиралась ехать.
Я сомневалась… Но терять было нечего. Да и Екатерина поддержала — сказала, что слышала об этом: у её соседки сыну на свадьбу заработали, машину купили, да и на квартиру почти собрали. Я решилась.
Три года. Долгих три года я была в рабстве. Но выдержала.
Мы выдержали.
Потом я тебя с собой брала — хозяин разрешил. Ты, может, и не помнишь…
Мы с тобой заработали на жильё. На своё, настоящее.
Когда вернулись, Екатерина встретила нас как родных. Две недели пожили у неё, потом быстро нашли квартиру. Говорю «мы», потому что мы всегда были вместе. Ты и я.
Всегда вместе.
А потом я устроила тебя в садик. Ты у меня уже неплохо говорил по-английски, вот и выбрала с уклоном на язык. А ты что?
Серьёзно поверил, что это у тебя от природы? Что ты так свободно говоришь по-английски? Да я просто тогда не решилась всё рассказать. Ты ещё маленький был, вот и сказала первое, что в голову пришло…
Я устроилась по профессии. Жили мы с тобой, вроде бы, неплохо, правда, сынок?
Я так и не вышла замуж — боялась, что кто-то обидит моего мальчика. А ведь могла бы… и ещё ребёнка родить могла. Но страшно было — стать такой, как моя мать…