И ведь не сказать, что она уже в преклонном возрасте — в её годы и чувства вспыхивают, и экзамены на права сдают, и замуж выходят. А она всё о нём думает. Почему?
— Как хочешь. Тебе ещё что-нибудь нужно? А то мне пора ехать.
— Я думала, ты останешься на манты. Я как раз собиралась сделать с картошкой — твои любимые.
Одна только мысль о жирных мантах вызывала у Марии приступ тошноты.
— Мне нужно ехать, — повторила она.
На лице Ларисы проступило страдальческое выражение. Ну и пусть себе.
Данило действительно перестал выходить на связь: ни звонков, ни сообщений. А когда Мария сама написала ему, сообщение так и осталось с одной галочкой. «Похоже, он меня заблокировал», — догадалась она.
Думать о Даниле не хотелось вовсе. Как и о тесте тоже. Поэтому мысли переключились на Ганну. Почему раньше ей даже в голову не приходило узнать о ней побольше? Ведь можно было расспросить Владимира или Тамару хотя бы.
С Тамарой можно поговорить и сейчас. Конечно, близкими они никогда не были: лишь изредка обменивались поздравлениями по праздникам. Если бы Тамара жила поблизости, Мария бы к ней съездила и всё расспросила лично. Но ради этого лететь в другой город — сомнительное удовольствие. Позвонить будет разумнее.
Мария начала разговор издалека: поинтересовалась здоровьем и как поживают братья. Старалась выглядеть заботливой племянницей. Тамара сначала удивилась такому вниманию, но вскоре оживилась: пустилась рассказывать про многочисленных родственников и бесконечные болячки каждого из них. Мария терпеливо слушала весь этот поток информации, а затем осторожно перешла к главному:
— Тамара… Вы могли бы рассказать мне что-нибудь о маме?
Наступила тишина — тётя явно была застигнута врасплох этим вопросом. Жаль только, что Мария не могла видеть её лицо: выражение могло бы подсказать хоть какую-то правду из всех возможных версий.
Тамара заговорила наконец — но совсем не о том, чего ждала Мария. Вспомнила детство: как они с Ганной почти не ладили между собой — слишком уж большая была разница в возрасте; как ревновала её к родителям; как Ганна прекрасно рисовала… И как однажды её укусила змея.
— А как она познакомилась с Владимиром?
Интонация тёти резко изменилась:
— Не знаю я этого.
— У вас остались свадебные фотографии?
Ответа пришлось ждать дольше обычного:
— Нет… Они никого тогда не приглашали.
— Почему?
— Откуда мне знать? Такие вопросы надо было задавать твоему отцу…
Мария это понимала и без напоминаний… Только вот времени уже не осталось.
Она так и не решилась спросить прямо — что случилось с Ганной? Страх пересилил любопытство… Не хватило сил произнести вслух этот вопрос.
Когда разговор закончился, Мария увидела три пропущенных вызова от Ларисы. Что ей теперь понадобилось?
— Мария, как у тебя голова? Не кружится больше?
— Нет…
— Ты хоть ешь там нормально?
— Да ем я…
У неё уже почти лопалось терпение от этих расспросов Ларисы.
— Может быть… к врачу сходишь?
— Зачем?
— Ну… Просто провериться для спокойствия…
Марии действительно стоило показаться врачу — она знала это точно… И знала даже к кому именно идти… Но страх был сильнее желания действовать.
— Хорошо… Я схожу проверюсь…