Оксана стояла у окна и смотрела, как последние гости рассаживаются по автомобилям. Праздничная иллюминация во дворе освещала их лица, всё ещё оживлённые после празднования юбилея свекрови. Семьдесят лет — солидная дата, съехались все родственники. И именно в этот вечер Андрей решил блеснуть своим «юмором».
«Ну что сказать, Оксане со мной повезло. Я один тяну семью, а она только и делает, что тратит мои деньги», — эта фраза всё ещё звенела у неё в голове. Она отчётливо помнила, как застыла с бокалом в руке, как гости неловко переглянулись и засмеялись, а свекровь поспешила сгладить неловкость: «Ой, Андрей, ну зачем ты так!»
Пятнадцать лет совместной жизни. Всё это время она обустраивала дом, растила детей, помогала ему продвигаться по карьерной лестнице. Когда-то Оксана отказалась от перспективной должности в издательстве, чтобы Андрей мог без помех развивать собственное дело. «Любимая, тебе незачем работать. Я сам обеспечу нас», — уверял он тогда. И она поверила, поддержала его выбор.
Звук подъехавшего автомобиля заставил её вздрогнуть — Андрей вернулся. По шагам и негромкому напеву было понятно: настроение у него отличное. Ещё бы — весь вечер гости рассыпались в похвалах, восхищались его щедростью и успехами.
«Оксана! — донеслось из прихожей. — Ты чего так рано уехала? Мама расстроилась!»
Она не ответила, продолжая смотреть на своё отражение в тёмном стекле. В сорок два она по‑прежнему выглядела прекрасно: стройная, ухоженная, со вкусом одетая. «Только тратит мои деньги» — снова отозвалось в сознании.
«Оксан, ты что, обиделась?» — Андрей появился в дверях гостиной, слегка пошатываясь. От него тянуло коньяком и сигарами — видно, после официальной части мужчины задержались ещё на пару рюмок.
«Нет, — произнесла она ровным тоном, — просто устала.»
«Да перестань! Все же понимают, что это была шутка. Ты знаешь мой характер!»
Оксана неторопливо обернулась к нему. В полумраке его самодовольная усмешка выглядела особенно неуместной.
«Разумеется, знаю. Пятнадцать лет знаю. И вот что я сегодня поняла: в каждой шутке лишь часть — шутка. Всё остальное — чистая правда.»
«Ну вот, начинается! — Андрей тяжело опустился в кресло. — Только без твоих… этих… драматических речей!»
Она улыбнулась — впервые за весь вечер. Но в её взгляде не было тепла.
«Не переживай, никаких речей. Я просто сделала выводы. И спасибо тебе за это.»
С этими словами Оксана вышла из комнаты, оставив мужа в полном недоумении. В её мыслях уже выстраивалась чёткая последовательность шагов. Пятнадцать лет — достаточный срок, чтобы понять: если что-то не устраивает, менять нужно решительно.
Утро оказалось непривычно тихим. Андрей проснулся и сразу почувствовал странность — на кухне не звенела посуда, не пахло свежесваренным кофе. Голова гудела после вчерашнего, и он автоматически потянулся к прикроватной тумбочке, где Оксана обычно ставила воду и таблетку. Ничего.
«Оксан!» — позвал он, но в ответ — тишина.
В кухне его ждал сюрприз — ни завтрака, ни кофе, только записка: «Дети в школе.»