В кухне его ожидал неприятный сюрприз: ни завтрака, ни привычного кофе. Лишь короткая записка на столе: «Дети в школе. Обед не готовила – у тебя же есть деньги, закажи доставку».
— Это ещё что за детский сад? — проворчал Андрей, беря телефон.
Однако внутри неприятно кольнуло — происходящее явно выбивалось из обычного порядка.
Рабочий день тоже пошёл наперекосяк. Обычно Оксана звонила, интересовалась, как прошли важные встречи, напоминала о днях рождения партнёров. Сегодня же — ни звонка, ни сообщения. Он едва не пропустил переговоры с крупным клиентом и в последний момент успел просмотреть документы.
Вечером дома его ждала ещё одна странность: Оксана расположилась в гостиной с ноутбуком и сосредоточенно печатала.
— Ужин в холодильнике, — произнесла она, не поднимая взгляда.
— В холодильнике? И что именно?
— Контейнеры с едой для детей. Себе что-нибудь разогрей сам.
Андрей почувствовал, как внутри поднимается волна раздражения.
— Ты что, решила бастовать?
Оксана оторвалась от экрана. В её глазах читалось нечто новое — спокойная, незнакомая твёрдость.
— Бастовать? Нет. Просто не хочу тратить твои деньги зря. Готовлю только детям — они ни при чём в наших отношениях.
— В каких ещё отношениях? Что вообще происходит?
— А что происходит? — невозмутимо переспросила она. — Я всего лишь следую твоей логике. Если я, по твоим словам, только трачу твои деньги, значит, буду делать это по минимуму. Кстати, сегодня обновила резюме. Возможно, пришло время начать зарабатывать самой.
Андрей замолчал. Давненько он не оказывался в ситуации, когда не находил слов.
— Ты же сама не хотела работать…
— Неправда. Это тебе было удобно, чтобы я не работала. «Моя жена не должна работать» — не узнаёшь свои слова? А теперь выходит, что я просто сижу у тебя на шее.
В её тоне не было ни истерики, ни злости — лишь сухая констатация. От этого становилось особенно тревожно.
— Оксан, да перестань! Это же была шутка на юбилее…
— Если человек шутит один раз — это шутка, — она захлопнула ноутбук. — Если повторяет снова и снова — это уже его позиция. Я наконец услышала твоё настоящее мнение обо мне. Спасибо за откровенность.
Она поднялась и направилась к лестнице на второй этаж.
— Кстати, записалась на курсы повышения квалификации. Придётся потратить немного твоих денег — в последний раз.
Андрей остался в гостиной один. Раздражение смешивалось с непривычной тревогой. Интуиция подсказывала: на этот раз всё гораздо серьёзнее.
К третьему дню Андрей окончательно понял — это настоящая война. Без криков и разбитой посуды, тихая и оттого пугающая. Оксана будто выстроила между ними прозрачную стену: безупречно вежливая, корректная — и совершенно холодная.
Вернувшись вечером, он замер в прихожей. У двери стоял его чемодан. Аккуратно собранный, вещи уложены с привычной тщательностью — всё, как умела Оксана.
— Это что ещё значит? — голос предательски дрогнул.
Оксана вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. На ней было новое платье — строгое, деловое. Раньше она чаще носила домашнюю одежду.
— Это? Твои вещи. Я всё сложила: костюмы отдельно, рубашки выглажены. Можешь проверить.
Он смотрел на чемодан, не веря своим глазам, и в голове уже звучал один-единственный вопрос.