Она бросилась к балконной двери. Никита, дрожащий, облезлый сфинкс с посиневшей кожей, съежился в углу, свернувшись плотным клубком. Он даже не издавал звуков — только сипло хрипел.
Екатерина подхватила ледяное тельце и завернула его в свой пуховик. Сознание заполнила холодная, сосредоточенная ярость.
— Что вы наделали, нелюди? — произнесла она тихо, входя на кухню.
Наталья неспешно потягивала элитный чай Екатерины из её любимой кружки.
— Не смей разговаривать так с матерью! — резко бросил Виталий, не отрывая взгляда от экрана телефона. — Ну подумаешь, кот. Это всего лишь животное. А тут мама — у неё мигрень. И вообще, Екатерина, нам нужно серьёзно побеседовать. Маме нужна дача, а у тебя как раз есть подходящая.
— И что дальше? — прижав кота к груди, спросила она.
— А то и значит… — Виталий поднялся и попытался нависнуть над ней. — Я подам на развод. И как человек порядочный буду претендовать на половину имущества. Ты ведь не хочешь судиться? Ты же у нас гордая.
Наталья удовлетворённо улыбнулась в чашку.
— Вот именно, милая. Не упирайся зря. Виталий — глава семьи. А ты должна быть поддержкой и опорой ему. Смирись и перепиши дачу сразу же — так налогов меньше будет платить. Оформим на Марьяну: у неё там какие-то льготы есть.
Екатерина перевела взгляд на мужа: самодовольное выражение лица ясно говорило о его уверенности в победе. Затем посмотрела на наглую Марьяну, доедающую йогурт из холодильника; и на свекровь, уже мысленно разбивавшую грядки редиса на новой даче.
— Хорошо, — произнесла Екатерина дрожащим голосом не от страха, а от внутреннего предвкушения. — Вы правы… Я была эгоисткой… Семья действительно важнее всего.
Лицо Виталия просветлело от радости:
— Вот! Я знал: ты умная женщина с характером!
— Завтра всё оформлю… — опустив глаза и скрывая блеск в них, сказала Екатерина. — Мне нужно встретиться с юристом… чтобы всё было по закону… Подготовим генеральную доверенность для управления счетами…
— На меня? — нетерпеливо уточнила Наталья.
— На Виталия… Он же глава семьи… — мягко ответила Екатерина.
На следующий день она взяла выходной с работы. Первым делом отвезла Никиту в ветклинику: кота сразу поместили под капельницу в стационар.
— Жизни ничего не угрожает… но стресс сильнейший… — сообщил ветеринарный врач. — Ещё немного на морозе – и почки бы отказали…
— Они за это ответят… за каждую секунду его мучений… — жёстко произнесла Екатерина.
Из клиники она направилась вовсе не в банк: её путь лежал в кафе «Ромашка», где уже ждала Тамара.
Тамара была женщиной-бронепоездом: в девяностые торговала ларьками на рынке; позже открыла сеть парикмахерских; теперь же сдаёт коммерческую недвижимость и ведёт судебные тяжбы с управляющими компаниями просто ради азарта.
— Значит вот как… «семейный клан»? И кота выгнали на мороз? Ну это они зря… Это тебе статья светит – «жестокое обращение». Но мы пойдём другим путём – юридически-воспитательным… — усмехнулась Тамара сквозь леопардовый жакет после рассказа племянницы.
— Они хотят доступ к моим счетам… И дачу оформить на Марьяну…
— Хотят – получат… но по-своему! — Тамара вытащила из сумочки пухлую папку документов.— Слушай внимательно: у тебя ведь ещё есть то ООО-шка? Которое ты собиралась закрыть? С долгами перед поставщиками?
— Есть… Там минус полтора миллиона висит – ждём банкротства…
— Прекрасно! — потерев руки с массивными кольцами, оживилась Тамара.— Назначим Виталия генеральным директором! Хотел быть главным – пусть станет им официально! Учредителем тоже сделаем его – скажешь ему: подарок такой семейный! Бизнес переписываешь полностью на него – он подпишет всё без чтения: он же у тебя «самый успешный». А доверенность оформим тоже – только не к твоим личным счетам привяжем её… а к расчётному счёту этого ООО-шки! Пусть управляет!
— А квартира?.. Они ведь там засели всерьёз…