— Нет! Ты сам выбрал этот путь! Вот и живи теперь с его последствиями!
Она уже направилась к двери, но вдруг остановилась и обернулась.
— И квартира эта… Я потребую вернуть все вложенные средства! Первый взнос! До последней гривны!
— Это был подарок, — напомнил Александр. — У нас есть дарственная. Ты сама на этом настаивала.
Галина застыла на месте. Действительно, тогда она сама настояла на дарственной — хотела, чтобы все видели, какая она щедрая мать. Теперь это обернулось против неё.
— Вы ещё пожалеете, — выдавила она сквозь зубы и громко хлопнула дверью.
Несколько мгновений Марьяна и Александр стояли в молчании. Затем он наклонился, поднял с пола ключи и убрал их в ящик стола.
— Прости меня, — тихо произнёс он. — Мне следовало сделать это раньше.
— Почему же ты не сделал?
Александр опустился на стул и провёл руками по лицу.
— Потому что она моя мама. Потому что действительно многое для меня сделала. Отец ушёл, когда мне было всего пять лет. Она одна тянула всё. Работала без отдыха на двух работах. Жертвовала собой… Я чувствовал себя ей обязанным.
— Но дети не обязаны расплачиваться с родителями за то, что их вырастили, — мягко сказала Марьяна, присаживаясь рядом. — Это был её выбор — родить тебя и воспитывать. Ты ведь не просил её об этом.
— Я понимаю это разумом… Но сердцем… трудно отпустить чувство долга.
— А что изменилось именно сегодня?
Александр положил ладонь ей на живот.
— Я осознал: скоро стану отцом. И я не хочу, чтобы мой ребёнок рос в постоянной напряжённой атмосфере. Не хочу, чтобы он видел отца, который не способен защитить мать своей семьи. Не хочу повторения прошлого сценария.
— Какого именно?
— Моя бабушка по маминой линии была такой же властной женщиной. Всё контролировала до мелочей. Отец не выдержал этого давления и ушёл из семьи. Мама всегда винила бабушку в разрушении брака… А теперь сама поступает так же…
Марьяна накрыла его руку своей ладонью.
— Но ты остался рядом со мной и сделал выбор сам.
— Надеюсь, он был верным…
— А как же твоя мама? Она ведь теперь одна…
Александр тяжело вздохнул:
— У неё есть подруги, работа осталась, дача та же… Она вовсе не одинока по-настоящему. Просто привыкла считать меня центром своей жизни… Но это нездорово ни для неё самой, ни для меня как сына и мужа.
Они сидели молча некоторое время; за окном медленно сгущались сумерки города, вспыхивали огни улиц и окон домов.
— Она вернётся,— произнесла Марьяна.— Ты ведь знаешь это…
— Знаю… Но теперь всё будет иначе: без ключей от квартиры… Только по приглашению… С уважением к нашему пространству и границам семьи…
— А если она снова начнёт по-старому?
— Тогда нет… Я больше не позволю ей разрушать нашу жизнь изнутри…
Марьяна прижалась к нему плечом:
— Спасибо тебе…
Он удивлённо посмотрел:
— За что?
Она улыбнулась:
— За то, что выбрал нас…
Он ответил спокойно:
— Я выбрал нормальную жизнь для всех нас… В том числе для мамы тоже… Возможно, когда она поймёт: манипуляции больше не работают — она изменится…
Марьяна покачала головой:
— Оптимист…
Он усмехнулся:
— Реалист скорее… У неё появится внук или внучка… Ради этого она захочет быть рядом… И может быть научится уважать чужие границы…
Прошла неделя тишины: Галина ни звонила сыну, ни писала сообщений. Александр переживал внутри себя эту паузу общения с матерью; но Марьяна замечала: ему стало легче дышать свободно — он больше не вздрагивал при звонках телефона или звуке шагов у двери подъезда…
На восьмой день раздался звонок домофона.
– Это я… – послышался голос свекрови; интонация была непривычно спокойной и тихой…
Марьяна взглянула на мужа – он кивнул утвердительно:
– Поднимайтесь, Галина…
Свекровь вошла несмело – будто впервые переступила этот порог… На ней был светлый плащ вместо привычного чёрного пальто – выглядела моложе обычного…
– Я принесла пирог… – сказала она негромко и протянула свёрток.– С яблоками… Александр любит…
– Спасибо вам… – ответила Марьяна и взяла пирог.– Проходите на кухню…
Они устроились за столом втроём; Марьяна нарезала пирог аккуратно ножом и разлила чай по чашкам… Несколько минут царила тишина…
– Я много думала за эту неделю… – наконец заговорила Галина.– Вы были правы… Я перегибала палку…
Александр удивлённо вскинул брови: за все свои тридцать два года он впервые слышал от матери признание собственной неправоты…
– Мам?..
– Не перебивай меня… – подняв руку остановила его Галина.– Позволь договорить до конца… Когда твой отец ушёл из семьи – я поклялась себе сделать всё возможное ради твоего счастья… Чтобы у тебя было всё необходимое… Но со временем я даже не заметила: забота стала контролем… Желание помочь превратилось в навязчивость…
Она сделала глоток чая из чашки перед собой…