Я бережно сложила купюры обратно в конверт и убрала его в сумку.
Рука Ларисы застыла в воздухе.
— Оксана?
— Никакого санатория не будет, Лариса, — произнесла я спокойно, почти официальным тоном. — И ежемесячные переводы прекращаются. Больше не будет оплаты коммунальных услуг за эту квартиру. И лекарств — тоже.
— Что ты несешь? — прошипел Александр. — Ты мать бросаешь? Совсем озлобилась?
— Нет, Александр. Я просто восстанавливаю баланс. Ты получил дачу. Это около трёх миллионов гривен, если вы не продешевили при продаже. Вот из этих денег ты теперь и будешь обеспечивать Ларису: оплачивать счета, покупать ей обувь, возить к врачам. Теперь это твоя забота. У тебя ведь есть на это средства.
Часть 7. Ключи
Я сунула руку в карман и достала связку ключей от квартиры Ларисы.
— Оксана, опомнись! — взвизгнула Раиса. — Это же грех! Она же пожилая!
— Она вовсе не старая, — отрезала я резко. — Она очень даже сообразительная и умеет устраиваться. Она сделала свой выбор сама. Предпочла того, кому «нужнее».
Я положила ключи прямо в тарелку с недоеденным тортом Александра. Раздался громкий металлический звук, брелок испачкался кремом.
— Забирай их себе, братец. Теперь ты у нас любимчик, опора и спаситель семьи. Полный комплект обязанностей прилагается. Кстати, квартира тоже на тебя оформлена?
Александр отвёл взгляд в сторону.
— Так я и думала.
— Оксаночка! — Лариса заплакала по-настоящему, с испугом в голосе. — Доченька… как же так? А если мне ночью станет плохо? А если…
— У Александра есть машина и деньги с продажи дачи. Он приедет или вызовет врача на дом за плату. Вы ведь только что хвастались удобством таких услуг.
Я взяла свою сумку.
— А букет? — растерянно спросила Владислава, жена брата.
— Оставьте его здесь… Пусть будет на поминки.
— На чьи?! — ахнула Раиса.
— На похороны моей глупости, — ответила я с улыбкой. И впервые за весь вечер она была настоящей.
Финал. Свет
Я вышла из подъезда навстречу ветру: он ударил по лицу свежестью, но не был холодным.
Села за руль своей машины; руки слегка дрожали не от обиды уже – от прилива адреналина.
В зеркале заднего вида мелькнули окна второго этажа: там горел свет и двигались силуэты людей внутри квартиры – наверное сейчас они обсуждают мою неблагодарность… Как я могла так поступить с матерью именно сегодня…
Пусть говорят что хотят.
Я провела ладонью по рулю; конверт с деньгами лежал рядом на пассажирском сиденье.
«Сто тысяч», – подумалось мне вдруг… «И плюс то, что больше не уйдёт на бесконечные «дай»…»
Быстро прикинула: через полгода смогу позволить себе небольшой участок земли… Не дачу – нет… Просто землю… Свою собственную… Где никто уже не посмеет присвоить плоды моего труда…
Завела двигатель; телефон пиликнул сообщением: «Вернись немедленно! У меня сердце!» – писала Лариса…
Я заблокировала её номер без колебаний… Потом добавила в блокировку Александра… И Раису тоже…
Включила радио – играло лёгкое джазовое что-то…
— Алло? Злата? Привет! Ты говорила про горящую путёвку в Турцию? Завтра? Да-да… Беру её! Только для себя одной… Да… Совсем одна…
Машина выехала со двора; позади остался запах чужого торжества… чужих сладостей… чужой совести…
Впереди была трасса… огни большого города… и моя жизнь…
Моя собственная жизнь… которую я никому больше не обещаю…
И чёрт побери – она пахла свободой…
Живот напомнил о себе урчанием – я вспомнила вдруг: так ничего сегодня и не съела…
— Ничего страшного… — сказала себе вслух я тихо… — Куплю самый вкусный торт… И съем его сама… До последней крошки…
Машина рванула вперёд и влилась в поток движения…
Я ехала домой…
Домой к самой себе…