— Какой развод?! Ты что, с ума сошла?
— Наоборот, — спокойно ответила я. — Похоже, впервые за долгие годы мыслю ясно.
— Из-за какой-то дачи ты готова разрушить всё?
— Не из-за дачи, Андрей. Из-за обмана. Почти четверть века лжи.
Он метался по кухне, размахивая руками:
— Да это вовсе не ложь! Я просто хотел перестраховаться! А ты даже не хочешь меня выслушать!
— Перестраховаться от собственной жены… — проговорила я едва слышно. — Самое грустное в том, что ты даже не осознаёшь, насколько это неправильно.
Он остановился и посмотрел на меня:
— А как же люди? Соседи? Твоя сестра?
Опять эти «люди»… Не «что будет с нами», не «как мы будем жить дальше», а что подумают окружающие.
— Знаешь что, Андрей? — я поднялась из-за стола. — Мне всё равно на мнение других. Главное — чтобы я могла смотреть себе в глаза без стыда.
— Оксана, не говори ерунды! — он схватил меня за руку. — Нам ведь хорошо вместе! Мы привыкли друг к другу!
Привыкли… Вот оно слово. Не любим друг друга, не счастливы вместе — просто привыкли. Как к старому креслу или капающему крану на кухне.
— Отпусти меня, — сказала я спокойно.
— А как ты собираешься жить? На одну зарплату? Кому ты нужна в сорок пять?
Эти слова ранили сильнее любого удара. Но странным образом они не сломили меня — наоборот, придали решимости.
— Посмотрим, — ответила я. — Главное теперь — быть честной с собой.
Утром я собрала вещи. Немногое: только то, без чего действительно нельзя обойтись. Андрей стоял в дверях спальни молча: лицо потускневшее, глаза налитые красным. Может быть, он и правда по-своему любил меня? Или просто боялся остаться один?
— Это окончательно? — спросил он тихо.
— Да, окончательно.
— А если… если я всё верну назад? Переоформлю дачу обратно?
Я посмотрела ему в глаза и поняла: он так ничего и не понял. Думает, будто можно всё исправить бумажками и формальностями.
— Проблема вовсе не в даче, Андрей. Проблема в том, что я перестала быть личностью рядом с тобой. Стала чем-то вроде дополнения к твоей жизни.
Он промолчал. Я взяла чемодан и направилась к выходу.
На пороге обернулась:
— Я не держу зла на тебя… Наоборот: благодарна тебе за то, что помог мне осознать простую вещь: я ещё жива и имею право на свою собственную жизнь.
Дверь захлопнулась за моей спиной с глухим звуком. Я вышла на лестничную площадку и глубоко вдохнула воздух нового утра. Он казался другим: чище и настоящим.
Впереди была неизвестность: чужая комната под съём, поиски новой работы получше прежней и одиночество… Но это была моя неизвестность. Моя дорога вперёд. И впервые за долгие годы мне было совсем не страшно идти по ней одна.
Спустившись вниз по лестнице, я достала телефон и набрала номер Виктории:
— Виктория, привет! Это Оксана… Помнишь ту комнату у твоей знакомой?.. Да-да… Мне она нужна уже сегодня.