— Елена, ну одолжи пятьдесят тысяч. Вы ведь на машину собираете, у вас есть. Не обеднеете от такой суммы!
Свекровь Вера стояла на кухне и пристально смотрела на меня. Дмитрий сидел за столом, молча листал что-то в телефоне. Я мыла посуду, затем вытерла руки полотенцем.
— Вера, эти деньги мы отложили на первый взнос. Через пару месяцев планируем покупать машину.
Она пренебрежительно махнула рукой и подошла ближе.
— Ну и что? Пятьдесят тысяч погоды не сделают. Подкопите ещё немного — и всё вернётся. А мне сейчас срочно нужно, понимаешь? У сестры операция.
Дмитрий поднял взгляд от экрана и посмотрел на меня с выражением: ну помоги, не будь жадной. Я сжала полотенце в руках и положила его на столешницу.
— Что за операция?
Свекровь тяжело вздохнула и опустилась на стул.
— У Марьяны проблемы с глазами — катаракта. Квота не подошла, а ждать нельзя — зрение стремительно ухудшается. Вот я и думаю: кто поможет? А у вас деньги лежат без дела…
Я перевела взгляд на Дмитрия — он едва заметно кивнул: мол, помоги. Я достала телефон, открыла банковское приложение и отправила свекрови пятьдесят тысяч гривен.
— Спасибо тебе, Елена! Ты просто золото! Обязательно верну через месяц!
Она ушла довольная. Дмитрий подошёл ко мне и приобнял за плечи.
— Спасибо тебе… Мама очень переживала.
Я кивнула и закрыла приложение. На счету осталось сто двадцать тысяч гривен. Мы копили почти полтора года — ежемесячно откладывали по пятнадцать-двадцать тысяч ради покупки недорогой иномарки осенью за двести пятьдесят тысяч с частичным кредитом. Теперь снова пришлось откатиться назад.
Прошёл месяц — денег не вернули. Я позвонила свекрови осторожно поинтересоваться. Она удивилась:
— Елена, ну ты чего? Мы же родные люди! Какие могут быть долги между близкими? Я думала, ты просто помогла…
Я сидела на балконе и смотрела во двор.
— Вера, вы сами сказали: «Верну через месяц».
Она тяжело вздохнула в трубку:
— Ну ладно… Только сейчас совсем туго — пенсия маленькая… Давай я буду возвращать по десять тысяч в месяц?
Я согласилась. Через пару недель пришло сообщение: «Елена, прости меня! Пока не могу вернуть — холодильник сломался, пришлось купить новый». Я ничего не ответила — просто убрала телефон в сторону.
Дмитрий говорил мне тогда: не стоит требовать с матери деньги обратно — семья важнее всего; мы ещё молодые, заработаем своё. Я лишь молча кивала в ответ.
Прошло три месяца после того перевода — свекровь снова появилась с просьбой одолжить тридцать тысяч гривен для Данило — племянника Дмитрия — якобы для учёбы нужен компьютер. На этот раз я отказалась помочь ей деньгами. Она обиделась и пожаловалась Дмитрию: мол я стала жадной… Он вернулся домой мрачный:
— Леночка… Почему ты отказала? Парню ведь для учёбы нужно…
Я складывала бельё в стопку и даже головы не подняла:
— Дмитрий… Твоя мама до сих пор не вернула те пятьдесят тысяч… Говорила будет отдавать по десять ежемесячно – но ни копейки так и не пришло… А теперь просит ещё тридцать… Где граница?
Он опустился на диван и устало провёл руками по лицу:
— Это же мама… Ей сейчас тяжело живётся… Пенсия маленькая…
Я аккуратно положила футболку поверх сложенных вещей и повернулась к нему:
— У неё пенсия двадцать три тысячи гривен… Живёт одна… Коммуналка восемь… Остаётся пятнадцать – вполне достаточно для жизни… Но каждый месяц она просит у нас деньги…
Он отошёл к окну:
— Леночка… Не злись на неё… Дай эти тридцать… Прошу тебя…
Я перевела деньги снова – открыла приложение банка и отправила нужную сумму свекрове. На счёте осталось шестьдесят тысяч гривен – мечта о машине вновь отодвинулась минимум на полгода вперёд…
На следующий день я открыла новый банковский счёт в другом банке – туда перевела тридцать тысяч гривен сразу же; установила новое приложение с паролем доступа – ни Дмитрий, ни его мать о нём ничего не знали.
С тех пор каждый месяц я переводила туда по двадцать тысяч гривен; мужу говорила – откладываем десять; остальное объясняла подарками родным или непредвиденными расходами вроде одежды или мелкого ремонта дома… Он доверял мне – проверять ничего не стал…
Свекровь продолжала просить…