— с отчаянием в голосе спрашивала Оксанка, пристально глядя на Михайло.
— Я не представляю, как это объяснить. Всё-таки она моя Лариса. Ты же понимаешь, это сложно. Но я постараюсь поговорить с ней, попрошу не цепляться к тебе по мелочам и вообще держаться подальше.
Тем не менее Михайло никак не мог решиться на серьёзный разговор. Когда он смотрел на Лариса, перед ним словно стоял посторонний человек, однако воспоминания из детства не давали произнести ни одного резкого слова. Стоило ему вспомнить, как Лариса пекла его любимые ватрушки и с тёплой улыбкой смотрела на Михайло, как язык будто прилипал к нёбу. Да, когда-то она ушла из его жизни, но внутри всё переплеталось в тугой узел сомнений. А вдруг Лариса действительно сожалела о своём давнем поступке? Может быть, теперь она искренне пыталась вернуть его доверие? Не исключено, что хотела наверстать то, что было упущено.
Визиты Лариса становились всё чаще, и каждый её приход превращался в маленькое сражение, где Оксанка оказывалась без щита и доспехов. Она молчала, даже когда слова рвались наружу, потому что не хотела провоцировать конфликт с Михайло. Оксанка была убеждена: именно Михайло обязан расставить границы и решить, какими будут его отношения с Лариса. Та появилась в его жизни совсем недавно. Возможно, Михайло стремился восстановить связь с Лариса? В таком случае вмешиваться Оксанка не считала возможным. Ей меньше всего хотелось однажды упрекать себя в том, что разрушила едва начавшее складываться общение между близкими людьми.
Как-то в субботу утром Лариса застала Оксанка на кухне с чашкой кофе. Девушка, вымотанная ночной сменой, позволила себе посидеть в пижаме, надеясь на спокойный выходной. В последнее время на работе накопилось столько задач, что, будучи руководителем отдела, она решила выходить по ночам и помогать команде. Мысли путались от усталости, веки тяжелели, хотелось просто упасть в кровать, но прежде нужно было завершить часть отчётности. Кофе казался единственным спасением.
— Боже мой, Михайло ещё спит, а ты уже устроилась с кружкой?! — Лариса небрежно бросила норковую шубу на кресло в прихожей, даже не посмотрев на вешалку. — Мужчина должен просыпаться и видеть, что его женщина занята делом, а не в халате кофе распивает. И вообще, неприлично разгуливать перед Михайло в таком виде. Ты бы давно уже привела себя в порядок — макияж, причёска. Что за внешний вид?
Оксанка так стиснула чашку, что побелели пальцы.
— Лариса, я только что вернулась со смены. Михайло знает, что я без сил, и не ждёт от меня завтраков в постель.
— Ах, не ждёт! — всплеснула руками Лариса. — Какие-то странные нынче мужчины — балуют Оксанка, а тем только в радость. Моя бабка в поле трудилась, семерых детей подняла и мужа встречала с улыбкой. А ты… недоделанная компьютерщица! Устала она… Посмотрите на неё.
В этот момент на кухню вошёл заспанный Михайло. Увидев Лариса и побледневшую Оксанка, он тяжело выдохнул.
— Лариса, дай ей отдохнуть. Оксанка действительно устала.