«Вы серьёзно полагаете, что я должна покрывать ваши расходы на отдых в Коблево?» — с отчаянием спросила Тамара, держа телефон в руке

Как трудно избавиться от невидимых цепей, связывающих любовь и обязанность.

Утром он стоял на кухне. — Нам надо поговорить.

Вчера ты переступила все границы.

Мама провела всю ночь в слезах. — Мне жаль. — Тебе жаль?

Ты оскорбила пожилого человека! — Игорь, твоей маме пятьдесят восемь лет.

Она вовсе не немощная старушка, а женщина, которая хочет отдохнуть в Коблево за мой счёт. — За наш! — За мой.

Потому что ты не работаешь. — Всё, я ухожу.

Поживу у мамы, пока ты не одумаешься. — Живи.

Только знай — больше денег от меня не получишь.

Ни тебе, ни ей.

Через час он ушёл.

Тамара осталась одна.

В ящике стола она обнаружила квитанции — оказалось, Игорь регулярно переводил деньги своей матери.

За четыре месяца — свыше восьмидесяти тысяч.

Её собственных денег.

Следующие дни прошли в тишине.

Игорь не звонил, лишь отправил сообщение с требованием перевести деньги «на текущие расходы».

Тамара не ответила.

Зато позвонила Людмила Алексеевна. — Тамара, это возмутительно!

Ты выгнала Игорька! — Он сам ушёл. — Потому что ты создала невыносимые условия!

Ты назвала моего сына бездельником! — Потому что он не работает уже четыре месяца. — Он ищет работу! — Которую я оплачиваю.

Извините, мне нужно работать.

Она положила трубку.

В пятницу вечером раздался звонок в дверь.

На пороге стоял Игорь — небритый, измятый. — Можно войти?

Я хочу вернуться. — И что изменилось? — Я осознал, что был неправ.

Мама… Она действительно слишком многого требует.

Я жил у неё неделю и понял, что ты была права. — И? — И я готов взять любую работу.

Даже в том стартапе. — Игорь, что случилось?

Почему такая перемена?

Игорь опустил взгляд. — Мама стала требовать, чтобы я платил за еду и коммунальные услуги.

Сказала, что не может содержать безработного сына.

Продолжение статьи

Бонжур Гламур