— Если ты ей не скажешь, то скоро окажешься рядом с ней. Мы уже не просто на грани — мы почти развелись.
Богдан прекрасно понимал, что их брак рушится. Он и правда пытался поговорить с матерью.
— Мама, ты приходишь к нам слишком часто. У нас с Яриной своя жизнь, нам нужно побыть вдвоём.
Ульяна смотрела на сына глазами, полными слёз.
— То есть я теперь лишняя? Мешаю вам? Ну что ж… Поняла. Посижу в своей норе, как старая псина, тихо подохну в одиночестве. Только потом не удивляйся, если однажды позвонишь — а я уже всё…
Это был её тяжёлый калибр. Богдан отступал под натиском вины. Ярина наблюдала за этим спектаклем и всё чаще задумывалась о разводе. Просто уйти — без скандалов и борьбы, которой она больше не хотела вести. Последней каплей стал обычный концерт: билеты куплены заранее, но перед выходом свекровь «забежала на минутку» — с температурой под сорок.
— Богданчик, мне так плохо… Всё ломит, голова трещит… Посижу у вас немного и поползу домой…
— Так зачем вы пришли? Чтобы всех заразить?
— Нет… Просто хотела увидеть сына…
— А что могло случиться с ним за ночь?! — вспыхнула Ярина. — Ступайте домой и заваривайте чай!
— Ярина, тише… — попытался урезонить её Богдан. — Мы же недолго…
Разумеется, всё закончилось тем, что они оба слегли с гриппом и никуда не пошли. Тогда она сорвалась окончательно:
— Выбирай! Либо мы живём как семья сами по себе, либо иди к ней! По-другому больше нельзя!
Богдан промолчал — и этого хватило ей для понимания. Всё ясно: она проигрывает эту битву без шансов на победу. Ночь прошла без сна. Нет смысла надеяться: муж никогда не сможет поставить мать на место — это было очевидно с самого начала их брака.
А у неё нет сил бороться бесконечно: свекровь ничем не занята целыми днями и полна энергии для вмешательства в чужую жизнь. И вдруг внутри словно щёлкнуло: Ярина вскочила и начала метаться по комнате, лихорадочно перебирая в памяти всё известное о свекрови.
Итак: Ульяне сорок восемь лет — до старости ещё далеко; некоторые даже рожают в этом возрасте. Работа скучная до зевоты; пара приятельниц заняты своими делами; единственное развлечение — выворачивать ей душу наружу при каждом удобном случае.
Вся её тревожность, тоска по любви и страх остаться одной обрушивались на них двоих сплошным потоком заботы и контроля. Она словно проживала чужую судьбу вместо своей собственной жизни.
Как там говорится? Не волнуйся: мама прожила свою жизнь… теперь проживёт твою.
Ярина застыла от внезапного озарения: мысль была дерзкой до безумия… но логичной! Утром за чашкой кофе она поделилась идеей с Богданом.
— Ты серьёзно? Что моя мать будет делать на сайте знакомств?! Я как-то предлагал ей это — она сказала: «До такого я ещё не опустилась».
— Да пойми же ты! Речь ведь не о ней напрямую… И вообще — что нам терять? Мы почти разошлись… Думаешь, она даст тебе построить новую семью? Только если сбежать на край света или спрятаться на необитаемом острове…