Марта схватила сумку и выскочила в коридор. Сердце стучало так яростно, что отдавалось в висках. За спиной она слышала, как Оксана извиняется перед Игорем, объясняя, что невестка у неё «на нервах» и «слишком впечатлительная».
На улице её ждал Тарас. Он сидел в машине — той самой, которую теперь оформил на мать — и бездумно тыкал пальцем в экран телефона. Даже не взглянул, когда Марта подошла ближе.
— Подписала? — спросил он, не отрываясь от игры.
— Нет.
Тарас наконец поднял глаза. В его взгляде не было ни удивления, ни гнева — только усталость и раздражение.
— Мам говорила, ты будешь упираться. Марта, давай без спектаклей. Подпиши бумаги — и всё останется по-прежнему. Квартиру сдаём, деньги идут в общий котёл.
— В какой ещё общий котёл, Тарас? — Марта чувствовала, как внутри закипает злость. — В тот самый бюджет, из которого ты каждый месяц перечисляешь половину зарплаты своей матери? Или тот же самый фонд, из которого ты оплатил ей путёвку на курорт, пока я откладывала на зимнюю куртку?
— Мама болеет. Ей нужен отдых, — нахмурился он. — Ты всегда всё перекручиваешь.
Из здания нотариальной конторы вышла Оксана. Лицо её снова стало мягким и приветливым, но Марта уже знала цену этой маске.
— Тарасик, отвези меня домой, — сказала свекровь и уселась на переднее сиденье машины так уверенно, будто Марты рядом вовсе не было. — А она пусть пройдётся пешком да подумает над своим поведением.
— Мам…
— Тарас. Поехали домой.
Марта смотрела вслед машине, медленно отъезжающей от тротуара. Муж даже не оглянулся.
Она достала телефон и набрала номер подруги:
— Вероника… можно я у тебя сегодня переночую?
Следующие трое суток Марта провела вне дома — в чужой квартире пыталась привести мысли в порядок.
Тарас звонил дважды: сначала сообщил с укором в голосе о том, что мама расстроена и «ждёт твоих извинений», а затем просто поинтересовался местонахождением своей синей рубашки.
На четвёртый день Марта вернулась домой. Открыла дверь своим ключом и сразу почувствовала: что-то изменилось.
В квартире было подозрительно чисто. Слишком стерильно… И слишком пусто.
Она прошла в комнату и застыла у порога: книжный шкаф — подарок родителей на новоселье — исчез бесследно. На его месте стоял громоздкий коричневый сервант с дачи Оксаны.
Марта бросилась к шкафу-купе: половина её одежды пропала без следа. Платья купленные на собственные деньги… Куртка зимняя… Обувь…
— Ну как тебе? — послышался голос за спиной.
В дверях спальни стояла Оксана с руками скрещёнными на груди; одета по-домашнему и чувствовала себя здесь явно как у себя дома.
— Что вы сделали?.. — прошептала Марта потрясённо.
— Привела всё в порядок,— ответила свекровь спокойно и вошла внутрь комнаты уверенной походкой хозяйки дома.— Тарас перевёз меня сюда временно: пока мою квартиру ремонтируют… А твои шмотки… Я их раздала нуждающимся! Всё равно тебе пора обновить гардероб: выглядишь жалко… стыдно за тебя перед людьми!
— Вы выбросили мои вещи?! Без моего согласия?!
— Мне твоё мнение не требуется,— спокойно произнесла Оксана и опустилась на кровать.— Это квартира моего сына… а значит моя тоже! А ты здесь была лишь временной жилкой… Была! После того позора у Игоря Тарас наконец понял: кого приютил под крышей!