Её взгляд по очереди остановился на каждом присутствующем: на Оксане, на Игоре, на детях, на Тамаре Викторовне, а потом — на Дмитрии.
Дмитрий сделал шаг навстречу.
— Алин, давай без крика, ладно? Всё правда ненадолго. У них там всё резко сорвалось, хозяин попросил освободить квартиру, нормального варианта сейчас не найти. Я был уверен, ты войдёшь в положение.
— Ты был уверен? — очень спокойно переспросила она.
— Я просто не хотел заранее поднимать ссору.
— Заранее? — Алина коротко, почти беззвучно усмехнулась. — Значит, ссору ты всё-таки ожидал.
Дмитрий устало провёл ладонью по лицу.
— Потому что ты на такие вещи реагируешь слишком остро.
Оксана тут же подхватила, будто только этого и ждала:
— Вот-вот. Мы же не на постоянку приехали. Пару недель перекантуемся. Ну, может, месяц. Дети у нас спокойные, Игорь целыми днями на работе, я тоже под ногами путаться не буду.
И как раз в эту секунду младший мальчик с размаху стукнул игрушечной машинкой по ножке журнального столика. Старший, оглядевшись, громко спросил:
— Мам, а мы где спать будем? Тут же места мало.
Алина перевела взгляд с ребёнка на Оксану.
— Действительно. Где именно вы планировали разместиться?
Оксана махнула рукой, будто речь шла о какой-то мелочи.
— Да как-нибудь устроимся. Дети в гостиной, мы с Игорем тоже здесь. Мама сказала, матрас можно купить. А если совсем тесно станет, Дмитрий говорил, что вы пока в спальне чуть подвинетесь.
Алина медленно повернула голову к мужу.
Дмитрий сразу отвёл глаза.
Этого оказалось достаточно.
Не чемоданы в коридоре. Не чужая обувь у порога. Не свекровь, хозяйски сидящая за столом.
А именно это: он уже всё распланировал в её квартире. Без вопроса. Без предупреждения. Без малейшей неловкости. Просто решил, что Алина придёт, поставит продукты, снимет верхнюю одежду и начнёт молча приспосабливаться к новому порядку.
Она расстегнула куртку, но снимать её не стала.
— То есть ты открыл им моими ключами?
— Нашими, — быстро поправил Дмитрий. — Нашими ключами.
— Ключами от моей квартиры, Дмитрий.
Тамара Викторовна резко опустила ладонь на стол.
— Ну вот, опять! Моё, твоё… Сколько можно этим попрекать? Ты замуж выходила или отдельное государство создавала?
Алина посмотрела на неё без улыбки.
— Я выходила замуж. А не подписывала разрешение заселять сюда родственников без моего согласия.
— Слишком много гордости, — холодно произнесла свекровь. — Оксана с детьми. Ей помогать нужно.
— Помогайте, — кивнула Алина. — Снимите ей квартиру. Заберите к себе. Оплатите гостиницу. Позвоните знакомым. Но моё жильё в этот список вариантов не включайте.
Игорь выпрямился, стараясь говорить мирно:
— Послушайте, зачем сразу так? Мы ведь ничего ломать и портить не собираемся.
Алина посмотрела на раскрытый чемодан, поставленный прямо на стул.
— Вы уже портите. Не мебель. Границы.
Оксана вспыхнула.
— Какие ещё границы? Мы только вошли! Дмитрий сам нас пустил!
— Дмитрий не является собственником.
Эти слова будто осели в комнате тяжёлым, неприятным воздухом.
Дмитрий дёрнулся.
— Алина, не надо при всех.
— Надо было не приводить всех без меня.
— Я твой муж. Я здесь живу.
— Живёшь, — согласилась она. — Но не имеешь права поселять здесь третьих лиц без моего разрешения.
Тамара Викторовна скривила губы.
— Уже законами заговорила. Прекрасная жена, ничего не скажешь.
— Прекрасная жена не обязана превращаться в бесплатную гостиницу.
Дети притихли. Оксана бросила взгляд на мать, словно ждала от неё сигнала. Игорь перестал доставать вещи и медленно застегнул чемодан, причём сделал это нарочито неторопливо, будто хотел показать своё недовольство.
Дмитрий подошёл ближе.
— Пойдём на кухню. Нормально поговорим.
— Нет. Началось всё здесь, значит, и говорить будем здесь.
— Ты сейчас просто на нервах.
Алина медленно повернулась к нему. Щёки у неё слегка порозовели, пальцы крепче сжали связку ключей, но голос остался ровным.
— Я сейчас нахожусь в своей квартире, где без моего согласия разложены чужие вещи. Не называй это нервами. Называй это последствиями своих поступков.
Оксана резко поднялась со стула.
— Да что ты вцепилась в эти вещи? Нам с детьми куда деваться? На вокзал идти?
— Тебе нужно было заранее понять, куда ты поедешь. А не въезжать ко мне через моего мужа.
— А если бы с тобой такое произошло? — бросила Оксана. — Если бы тебя выгнали из жилья?
— Меня из моей квартиры не выгонят. А если бы я снимала жильё, я бы не приезжала к людям без приглашения.
Тамара Викторовна тоже поднялась.
— Алина, хватит. Ты перед детьми сейчас позор устраиваешь.
— Позор устроили взрослые, которые привезли детей туда, где их никто не ждал.
Свекровь открыла рот, но подходящих слов сразу не нашла.
Дмитрий снова попытался вмешаться:
— Алин, я понимаю, что должен был сказать раньше…
— Не сказать. Спросить.
— Хорошо, спросить. Да, я виноват. Но они уже здесь. Ты же не станешь выгонять их вечером?
— Сейчас семь часов, — спокойно ответила Алина. — В городе есть гостиницы, квартиры посуточно, родственники и твоя мать. Выбирайте любой вариант.
Оксана коротко рассмеялась, но в этом смехе не было ничего весёлого.
— Конечно. Нам с двумя детьми прямо сейчас ехать непонятно куда, потому что хозяйка решила характер показать.
Алина кивнула.
— Именно. Хозяйка квартиры решила напомнить, что без её согласия здесь никто не живёт.
Игорь посмотрел на Дмитрия.
— Ты же говорил, она поворчит и успокоится.
В комнате снова повисла тишина.
Дмитрий на секунду прикрыл глаза. Алина медленно перевела на него взгляд.
— Вот теперь становится особенно любопытно.
— Игорь, зачем ты… — начал Дмитрий.
— А что я? — раздражённо ответил тот. — Мы из-за тебя вещи собрали. Ты сказал, что вопрос закрыт.
Алина сделала шаг к мужу.
— Ты сказал им, что вопрос закрыт?
Дмитрий сжал кулак, потом тут же разжал пальцы.
— Я думал, что смогу тебя уговорить.
— Нет. Ты решил поставить меня перед фактом. Чтобы мне было неудобно выставить людей при детях.
Оксана резко влезла в разговор:
— Да никто тебя не собирался унижать! Просто ты всем всегда отказываешь. С тобой по-человечески договориться невозможно.
— Со мной прекрасно можно договориться, — сказала Алина. — Если начинать с вопроса, а не с чемоданов в прихожей.
Тамара Викторовна подошла ближе. Не вплотную, но достаточно, чтобы её присутствие ощущалось давлением.
— Алина, ты сейчас окончательно портишь отношения с семьёй мужа.
— Нет, Тамара Викторовна. Я сейчас защищаю свою квартиру от ваших привычек.
— От каких ещё привычек?
— Решать за других. Приезжать без приглашения. Пользоваться чужой уступчивостью до тех пор, пока человек не начинает сопротивляться, а потом обвинять его в бессердечии.
Свекровь сузила глаза.
— Значит, ты давно всё это копила.
— Да, — честно ответила Алина. — С того самого дня, как Оксана спросила, почему Дмитрий не вписан в мою квартиру. С того дня, когда вы сказали, что мужчине надо дать почувствовать себя хозяином. С того дня, как Дмитрий начал выходить в подъезд, чтобы обсуждать с вами мой дом.
Дмитрий резко поднял голову.
— Я ничего плохого не обсуждал.
— Результат сейчас стоит у меня в коридоре.
Эта фраза прозвучала тише крика, но ударила куда сильнее. Дмитрий отвернулся. Оксана подошла к чемодану, но не затем, чтобы собираться, а чтобы вытащить из бокового кармана зарядное устройство.
Алина заметила это движение и поняла: они всё ещё рассчитывают остаться.
Тогда она спокойно сняла куртку и повесила её на свой крючок. Потом достала телефон.
Дмитрий насторожился.
— Что ты собираешься делать?
— Позвоню и зафиксирую, что в моей квартире находятся люди, которые отказываются её покинуть.
Оксана вскинула голову.
— Ты полицию вызовешь? Из-за родственников?
— Из-за посторонних людей, которые заселились в моё жильё без моего согласия.
— Мы не посторонние! — выкрикнула Оксана.
— Для документов — посторонние.
Игорь заметно побледнел.
— Подождите, зачем сразу полиция? Мы же не вламывались. Нас впустили.
— Вас впустил человек, который не имеет права распоряжаться моей квартирой по своему усмотрению.
Дмитрий вцепился пальцами в край стола.
— Алина, не надо. Давай без этого.
— Тогда у вас есть десять минут, чтобы собрать вещи.
Тамара Викторовна усмехнулась.
— Уже ультиматумы пошли.
— Да.
Алина коснулась экрана телефона и включила таймер.
— Десять минут.
Несколько секунд в комнате никто не шевелился.
Потом Оксана сорвалась:
— Мама, ну скажи ей хоть что-нибудь! Она же совсем… Она нас с детьми на улицу выгоняет!
Тамара Викторовна повернулась к Дмитрию.
— Ты мужчина или кто? Скажи своей жене нормально.
Алина даже не обернулась к свекрови. Она смотрела только на мужа.
Дмитрий сглотнул. Лицо у него стало бледно-серым. Он прекрасно понимал, что все ждут от него решения. Мать ждала. Сестра ждала. Алина ждала. Только впервые его слово уже ничего не меняло. Потому что свой выбор он сделал раньше — в тот момент, когда открыл дверь.
— Алин, — глухо произнёс он. — Ну хотя бы до утра.
— Нет.
— Я прошу.
— Ты не просил, когда впускал их сюда.
— Я ошибся.
— Тогда исправляй.
Оксана всплеснула руками.
— Какой цирк! Сидит королева в двух комнатах и дрожит за каждый метр!
Алина повернулась к ней.
— Я не дрожу. Я защищаю своё. Это разные вещи.
— Да кому вообще нужна твоя квартира? — зло бросила Оксана.
Алина посмотрела на чемоданы в прихожей.
— Судя по происходящему, вам.
Игорь тихо сказал жене:
— Оксан, собирайся. Хватит.
— Ты что? — резко обернулась она. — Мы куда поедем?
— К твоей матери.
Тамара Викторовна сразу выпрямилась.
— Ко мне? У меня места нет.
Алина усмехнулась. Впервые за весь вечер почти весело.
— Как быстро выясняется настоящая цена сочувствия.
На лице свекрови проступили красные пятна.
— У нас однокомнатная. Отец болеет. Куда я их положу?
— А у меня, значит, дворец?
— Ты молодая, потерпишь.
— Нет.
Игорь уже застёгивал чемодан. Теперь его движения стали резкими. Было видно, что он злится, но продолжать скандал не хочет. Возможно, до него дошло: дальше будет только хуже.
Оксана стояла посреди комнаты с детской кофтой в руках и смотрела на Алину так, будто та собственноручно разрушила всю её жизнь.
— Ты ещё пожалеешь.
— О чём именно?
— О том, что отвернулась от людей.
— Я отвернулась не от людей. Я отказалась от наглости.
Дети начали хныкать. Старший спросил, почему они опять куда-то едут. Младший потянулся за планшетом. Алина молча подняла с пола игрушечную машинку и протянула Оксане.
— Возьмите.
Оксана выхватила её так резко, будто Алина держала у себя чужую вещь намеренно.
Дмитрий стоял рядом и никому не помогал. Ни сестре. Ни жене. Он словно всё ещё ждал, что ситуация сама найдёт какой-то удобный выход. Но удобных выходов больше не осталось.
Алина взглянула на таймер.
— Пять минут.
— Ты этим наслаждаешься? — тихо спросил Дмитрий.
Она посмотрела на него.
— Нет. Я запоминаю.
— Что?
— Как ты выглядишь в момент, когда нужно выбрать честность, а ты выбираешь молчание.
Он открыл рот, но так ничего и не произнёс.
Оксана с Игорем начали собираться быстрее. Тамара Викторовна сначала демонстративно не трогала ни одного пакета, но потом всё же стала поднимать вещи. Делала она это резко, с шумом, каждый раз бросая на Алину тяжёлые взгляды.
— Вот увидишь, Дмитрий, — сказала она. — С такой женой далеко не уедешь. Сегодня родню выгнала, завтра тебя самого выставит.
Алина ответила спокойно:
— Если Дмитрий ещё раз приведёт кого-то жить в мою квартиру без моего согласия, я выставлю и его.