«Вот это да — уже третий год долг не возвращают. А сами живут на широкую ногу: и шубы у них, и ремонты, и на море собираются. А мы ежемесячно банку платим. И молчим, потому что родственники. Таким людям должно быть стыдно».
Имен она не назвала. Но в их небольшом городке все сразу поняли, о ком речь. Марк с Марией были знакомы почти со всеми в округе. Запись разлетелась по соцсетям меньше чем за час.
Первой отреагировала Ганна — позвонила с дрожащим от злости голосом:
— Ты в своём уме? Теперь весь город обсуждает!
— А разве не должно быть стыдно? Вот пусть и будет.
— Мы же собирались вернуть.
— Три года собирались? На шубу деньги нашлись, а на долг — нет?
— Это был подарок.
— А наш кредит — это тоже подарок?
Они перебрасывались обвинениями минут десять, пока Ганна не бросила трубку. Вскоре позвонил Марк:
— Оксанка, вы серьёзно? Мария вся в слезах, теперь все на нас пальцем тычут.
— А мне как быть? Продолжать молчать?
— Можно было решить иначе. Без публики.
— Мы пытались иначе. Три года пытались. Ваши родители даже слушать не стали.
— Мы сами всё вернём. Возьмём кредит и рассчитаемся, только уберите этот пост.
— Какой ещё кредит? У вас же малыш маленький.
— Всё равно лучше банку быть должны, чем вам лично. Удалите запись.
Оксанка удалила публикацию. Но неприятный осадок остался — комментарии успели прочитать около пятидесяти человек. Репутация Ганны и Олега пострадала всерьёз.
Марк с Марией оформили кредит на двести пятьдесят тысяч гривен и через неделю передали деньги родителям. Мария плакала:
— Простите нас… Мы даже не знали, что родители Марка до сих пор вам ничего не вернули…
— Да при чём тут вы? — Оксанка обняла девушку. — Это ведь не ваша вина.
— Но теперь мы в долгах по уши… И вы тоже… Всё из-за нашей свадьбы…
— Не свадьба виновата… Просто есть люди, которые слова своего не держат…
На Новый год семьи так и не встретились вместе: Ганна с Олегом обиделись и отказались приходить в гости. Марк метался между женой и родителями, а Мария терялась в сомнениях: кого поддержать? Маленький Нестор рос среди натянутых отношений между бабушками.
Виталий несколько раз пытался дозвониться до Олега ради примирения, но тот игнорировал звонки. Оксанка тоже не стремилась к сближению — обида засела слишком глубоко внутри.