— Ты в своём уме? Это платье стоит, как подержанная машина! — воскликнула Оксанка, округлив глаза и не веря услышанной сумме.
— Нет, это ты с ума сошла, если думаешь, что я выйду замуж в чём-то заурядном! — парировала Валерия, плавно вращаясь перед зеркалом и придерживая пышный шлейф. — Такой день бывает только раз в жизни!
— Очень хочется в это верить, — пробормотала Оксанка, бросив взгляд на ценник свадебного наряда. — Но Лерочка, серьёзно… зачем такие расходы? Роман любит тебя за то, кто ты есть, а не за платье.
Валерия вдруг остановилась и посмотрела на подругу с неожиданной серьёзностью:
— Понимаешь, после того как не стало моих родителей, я осознала: каждый момент нужно проживать по-настоящему. Я хочу сделать этот день особенным. Пусть мама с папой там наверху гордятся мной.
Оксанка сразу смягчилась и пожалела о своей резкости. Родителей Валерии не стало три года назад из-за автокатастрофы. С тех пор она старалась прятать боль за широкой улыбкой.
— Прости меня, — тихо сказала Оксанка и подошла обнять подругу, стараясь не задеть дорогое платье. — Если тебе это действительно нужно — значит оно того стоит.
— Представляешь? — Валерия улыбнулась и откинула прядь волос со лба. — Роман предложил использовать наши накопления на поездку. Сказал: Венеция подождёт, а вот увидеть свою невесту в идеальном платье он сможет только однажды.
Оксанка невольно улыбнулась при воспоминании о Романе: высокий мужчина с добрым взглядом и немного застенчивой улыбкой всегда производил впечатление надёжного человека. Они с Валерией были словно противоположности: она вспыльчивая и яркая, он спокойный и уравновешенный.
— Я так счастлива… — прошептала Валерия едва слышно, когда продавщица удалилась за фатой. — Иногда даже страшно поверить в это всё. Роман — лучшее из всего хорошего в моей жизни.
— После меня же! Не забывай об этом! — хихикнула Оксанка с притворной обидой.
— Ну конечно! Кстати… когда мы обсудим девичник? Осталось всего две недели до него.