Пока судья листала документы, я мысленно вернулась в прошлое. В те годы, когда ещё верила: даже поздняя любовь может быть искренней, а зрелые люди — не обязательно коварны.
С Богданом мы познакомились, когда мне исполнилось сорок пять. К тому моменту я уже давно перестала питать иллюзии. Первый брак завершился быстро и оставил болезненный след, дочь выросла и жила своей жизнью, а я привыкла к уединению. У меня была скромная квартира от родителей, стабильная работа и ощущение, что жизнь вошла в спокойное русло — без потрясений и без ожиданий чего-то большего.
Он появился внезапно. Тактичный, внимательный, умеющий слушать. Его взгляд будто говорил: «Ты — единственная». Цветы без повода, прогулки под вечерним небом, разговоры до глубокой ночи. Я ловила себя на том, что снова улыбаюсь без причины, жду звонка с нетерпением и чувствую себя не просто женщиной в возрасте — а живой и нужной.
Когда он предложил переехать к нему, я долго колебалась. Моя квартира была тесной для двоих; у него же — просторное жильё с тремя комнатами от родителей. Правда, он жил там вместе с матерью. Он уверял: мама будет только рада; она добрая женщина с твёрдым характером и немного строгими взглядами. Я хотела поверить ему.
Первый день в их доме остался в памяти навсегда. Ульяна встретила меня в безупречно выглаженном костюме с идеальной причёской и натянутой улыбкой на лице. Она окинула меня взглядом сверху вниз так внимательно, будто оценила товар сомнительного качества. И сразу дала понять: здесь мне отведена роль временной гостьи — не более.
Сначала это проявлялось в мелочах: замечания по поводу того, как я расставляю чашки на полке; как варю суп или стираю одежду. Всё это подавалось под соусом заботы или семейных привычек. Я старалась не придавать значения таким вещам — убеждала себя: просто нужно время привыкнуть друг к другу…