С подпиской Дзен Про реклама исчезнет из статей, видео и новостных лент.
С Богданом Оксана прожила сорок лет, и казалось, что они стали единым целым. По утрам он требовал омлет, по вечерам ворчал на телевизор, а она молча приносила то тапочки, то пульт, то лекарство от давления. Их дети давно разъехались по разным городам, звонили лишь по большим праздникам, а супруги остались вдвоём в просторной трёхкомнатной квартире, где каждая вещь имела своё место, а дни текли один за другим без перемен.
Богдан считал себя примерным мужем: не пил, зарплату приносил домой исправно, на даче работал в огороде. То, что жена всю жизнь крутилась как белка в колесе ради его удобства и уюта — воспринимал как само собой разумеющееся. Оксана тоже не жаловалась — привыкла. Любовь давно растворилась в рутине, а повседневность стала привычкой, от которой сложно отказаться даже тогда, когда она уже не радует.
В среду утром Оксана собиралась сходить в аптеку. Поднявшись с постели и сделав шаг к двери спальни, она вдруг ощутила странную слабость — левая рука перестала подчиняться. Земля словно ушла из-под ног — женщина рухнула прямо в коридоре и ударилась головой о тумбочку.
Богдан услышал шум падения и выскочил из кухни с чашкой чая в руках. Он застыл на месте: супруга лежала на полу с открытыми глазами и каким-то отсутствующим взглядом.
— Оксано! Эй… ты чего?
Она попыталась что-то сказать — но вместо слов вырвался лишь глухой стон. Богдан метался по комнатам в панике: схватил телефон дрожащими руками и с трудом набрал номер скорой помощи.
Медики прибыли быстро. Диагноз был очевиден: сильный инсульт. Женщину срочно увезли в реанимацию. А Богдан остался стоять посреди квартиры опустошённый — вся его привычная жизнь рассыпалась за какие-то двадцать минут.
Поначалу он старался вести себя как заботливый муж: навещал жену в больнице, беседовал с врачами. Но каждый раз при виде Оксаны под аппаратами жизнеобеспечения его охватывал страх — не жалость даже… ужас. Это была уже не та женщина: не та Оксана, что готовила ему завтрак по утрам и встречала улыбкой вечером после работы. Эта лежащая фигура едва шевелилась и не могла произнести ни слова.
Через две недели её перевели из реанимации в обычную палату. Левая половина тела оставалась неподвижной; речь так и не восстановилась. Врачи объясняли: потребуется долгая реабилитация — занятия с логопедом, массажи, физиотерапия… Месяцы упорного труда впереди.
— Богдане… ей сейчас особенно важна поддержка родных… — мягко напоминала молодая врач.