Разговор с Натальей оказался даже более напряжённым, чем я ожидала.
— Наталья, — выбрала я момент, когда мы вдвоём складывали свежее бельё. — Я всё понимаю: родные, семья… Но мне тяжело одной всё тянуть. Продукты, праздники…
Она подняла на меня взгляд — сначала с лёгкой обидой, а затем с каким-то упрёком.
— Орися, ты это всерьёз? — протянула она. — Мы к тебе всей душой, как к родной дочери, а ты нам про деньги? Думаешь, мне жалко на внуков? Или на Богдана? Считать семью по чекам — стыдно. Женщина должна уметь накормить близких и радоваться тому, что дом не пустует.
— Но ведь это мой дом… — тихо заметила я.
— Наш! — резко перебила она. — Ты хочешь, чтобы мы разошлись по углам и стали чужими? Стыдись, Орися. Не позорься.
После этого она пару дней ходила с обиженным видом: вздыхала при встрече и жаловалась Богдану о том, что я «зажилась» и «деньги мне голову вскружили».
А тем временем поводы для застолий множились один за другим: то именины Дарынки, то юбилей Софии, то просто «давно не собирались». И каждый раз Наталья звонила не мне — Богдану:
— Сынок, ну конечно у вас! У вас стол большой да духовка хорошая. А Орися у тебя золотая! Всё приготовит как надо!
А он даже не смотрел в мою сторону:
— Мамуль, конечно у Ориси. Она у меня действительно золотая.
Эта фраза больнее всего резала слух. Золотая… как украшение: блестит красиво и молчит себе на месте.
Я возвращалась домой поздно вечером после работы. В подъезде пахло пережаренным супом и кошачьим кормом. Подниматься по лестнице было тяжело от усталости. В квартире меня встречал гул голосов: детский визг вперемешку со смехом взрослых; запах жареного мяса и запечённой картошки висел в воздухе вместе с духотой. Моя квартира стала общей столовой для их семейства; а я превратилась в повара без права сказать «нет».
Свободного времени не оставалось вовсе. Я уже забыла ощущение покоя: просто полежать с книгой или понежиться в тёплой ванне; пройтись по магазинам без списка «что нужно всем», а просто так — ради себя самой. Зеркало отражало измождённую женщину с тёмными кругами под глазами и выбившейся прядью из хвоста.
Единственной отдушиной оставалась Леся — моя подруга ещё со студенческих времён. Мы встретились однажды вечером в кафе неподалёку от моей работы — редкая роскошь: удалось вырваться на часок пока Наталья «приглядывала за домом».
— Орися… ты сама на себя не похожа… — Леся смотрела пристально; внимательнее, чем я сама за последние месяцы заглядывала в зеркало. — Ты не живёшь сейчас… ты дежуришь! Давай свои записи.
Я достала ту самую тетрадь с аккуратными строчками расходов. Леся листала её внимательно; губы шевелились от подсчётов.
— Вот это да… Так это ж не мужа содержишь… целый табор! Брат его там… мама… тётя… дети… Ты им как бесплатная столовая!
Слово «столовая» больно резануло слух своей точностью.
— Я пыталась говорить… но меня сразу обвиняют в жадности… Мол “семью по чекам не считают”…
Леся задумчиво постучала ручкой по столику:
— А ты возьми да посчитай! Прямо вслух им выдай счёт! Как официантка: “Общий или раздельный?” Только у тебя ведь не ресторан – “Домашняя столовая у Ориси”.
Я усмехнулась невольно – но внутри что-то щёлкнуло. Перед глазами вдруг всплыл белый лист бумаги с заголовком “Домашняя столовая у Ориси”, меню из моих же блюд – борщ, курица запечённая, салаты разные да сырники домашние… А напротив каждой позиции – цена за порцию или кастрюлю… И жирная строка снизу: “Итого за месяц: пятьдесят пять тысяч гривен”.
Мы ещё немного поболтали о работе да житейских мелочах – но мысль о счёте уже засела крепко.
Позже вечером дома – когда гости наконец разошлись и вся посуда была перемыта до скрипа – я включила ноутбук и открыла новый документ. Пальцы сами набрали заголовок: “Домашняя столовая у Ориси”. Я начала вспоминать блюда за последний месяц – сколько готовилось чего и во сколько обходилось каждое застолье по продуктам и времени… Строка за строкой появлялись названия блюд со стоимостью рядом…
С каждой новой записью становилось легче дышать… Не обида была внутри – спокойствие… Такое чувство бывает только тогда, когда разбираешь старый хлам и наконец видишь порядок среди завалов…
На работе недавно появился мобильный терминал для оплаты картой – для выездных расчётов клиентов. Я знала его работу досконально – сама оформляла документы при получении аппарата… С начальником договорились просто: возьму его домой на выходные якобы “для обучения”. Ему было всё равно – лишь бы отчётность сходилась…
Следующее семейное сборище планировалось через неделю – день рождения Ярослава (Богданова двоюродного брата). Конечно же снова прозвучало привычное: “Ну конечно всё у вас!” Я лишь молча кивнула головой после слов Натальи о том решении…
В тот вечер я решила твёрдо: этот пир станет последним за мой счёт… И первым днём их новой реальности.
В день рождения Ярослава я проснулась ещё до рассвета – будто выходила на чужую смену работы… На кухне уже стояли миски с замаринованным мясом; тазик картошки; кастрюля под суп; миски под салаты… Холодильник был забит доверху банками да лотками; полки прогибались от тяжести продуктов…
Открыла дверцу холодильника – ударил запах чеснока вперемешку со специями; холодная птица ждала своей очереди к духовке; сладкий крем для торта источал липкую ванильную ноту…
Я делала всё нарочно тщательно.