Сайт для Вас!
— Ну что, Оксанка, раз уж ты теперь у нас на машине, — Людмила даже не потрудилась снять в прихожей своё вычурное боа из перьев, — будешь возить меня по магазинам.
Оксанка, только что вернувшаяся после восьми часов прямого эфира, молча кивнула. В её адрес прозвучало не предложение, а распоряжение. Словно она не радиоведущая с узнаваемым голосом, а личный водитель, провинившийся и теперь вынужденный отрабатывать.
— Конечно, Людмила. А что именно вы хотите приобрести?
Богдан, супруг Оксанки, выглянул из кухни с набитым ртом. Он трудился прорабом и делил всех на тех, кто ему «обязан», и тех, кто «пока ещё этого не осознал». По его мнению, жена точно входила в первую категорию.
— Мамуль, ты диван собралась менять? — промямлил он сквозь жевание. — Давно пора! Тот у вас с батей совсем просел. Оксанка всё равно в субботу дома сидит — покатаешь маму.
Оксанка посмотрела на мужа. Он жил в её квартире — той самой, которую она приобрела ещё до свадьбы; питался едой из холодильника — приготовленной ею вчера; и только что без стеснения распорядился её единственным выходным днём.
Людмила издала звук, который ей казался светским смешком. На деле же он больше напоминал хрип удивлённой индейки.
— Богданчик! Какой диван? Мелочишься! — она эффектно взмахнула руками: с боа слетело несколько тусклых перьев. — Мы мебель для дачи подбирать будем! Пора уже там всё обновить… чтоб прилично было!
— Хорошо, — спокойно произнесла Оксанка. — В субботу буду у вас к десяти утра.
— К нам? — переспросила свекровь с недоумением. — Это я за вами заеду и поедем вместе!
— Куда бы вы хотели отправиться? — уточнила Оксанка без тени раздражения.
— Сначала в «Леруа», потом на Каширский двор… — протянула Людмила тоном начальницы отдела снабжения. — А ещё Маричка говорила: в Ирпене склад уценёнки отличный есть… туда тоже заглянем!
Оксанка лишь кивнула: стало ясно, кто сегодня будет задавать маршрут.
Богдан довольно кивнул жене и показал большой палец: мол, видишь как удачно всё сложилось?
Оксанка улыбнулась той самой улыбкой из эфира – когда гость несёт полную чушь, а ей по контракту положено оставаться доброжелательной.
— Поняла вас… Ирпень значит? Ну что ж… Ирпень так Ирпень…
Первая суббота оказалась сущим кошмаром. Вторая напоминала чистилище. На третью Оксанка поняла: Данте был чересчур оптимистичен в своих описаниях ада.
В машине Людмила превращалась из просто властной женщины в настоящего деспота районного масштаба:
— Оксана! Ты чего так о-о-остро тормозишь?! – визжала она при каждом замедлении движения даже в пробке. – Я чуть башкой об ихний… этот… ну как его… бардачок не треснулась!
Оксанка бросила взгляд сбоку и усмехнулась:
— «Ихний», говорите? Может быть всё-таки просто «их»?
Свекровь вспыхнула от раздражения и поджала губы:
— Умная нашлась! Прям филолог на колёсах!
— Не филолог вовсе… Просто слух режет… как ржавым ножом по стеклу…
Оксана крепче сжала руль обеими руками.
— И музыку свою выключи! – требовала свекровь каждый раз при включении нейтрального «Релакс FM». – У меня от неё мигрень начинается! Давай лучше «Шансон» включи! Там мужики поют… душевно!
И вот уже голос Оксанки – тот самый бархатный тембр из рекламы элитных апартаментов – слушал на повторе «Винницу центральную».
Сами походы по магазинам были спектаклем одного актёра: Людмила входила в мебельные центры словно фельдмаршал после победы над врагом.
— Так! – громогласно обращалась она к продавцам. – Мне нужен диван! Цвет… ну этот… бежевый! Только не ваш обычный беж… а чтоб видно было: дорого-богато!
Она ощупывала ткани пальцами с маникюром цвета баклажана; стучала костяшками по подлокотникам; комментировала вслух:
— Глянь сюда, Оксана! ДСП сплошное! Отрава чистая! Мой Богданчик-то прораб – он дерево знает как облупленное! Он бы такое даже смотреть бы не стал…
Она заставляла Оксанку носить за собой рулоны линолеума для сравнения оттенков; фотографировать люстры с мутными подвесками; часами спорила с менеджерами о скидках-призраках:
— А если я два возьму?! А если я сейчас Богданчику позвоню?! Он вам объяснит как специалист: вы тут людей дурите!
А тем временем сама Оксана стояла чуть поодаль и мечтала о внезапном визите инопланетян прямо посреди торгового зала…
К вечеру третьей субботы они преодолели около трёхсот километров вдоль всех строительных рынков Киевской области… но так ничего и не приобрели.
— Нет-нет-нет… Всё это не то… совсем не то… – устало подвела итог Людмила возле своего подъезда. – Поедем ещё разок на следующих выходных… Я слышала под Кагарлыком фабрика новая открылась…
До дома Оксана добралась почти машинально. Её встретил запах пережаренного лука вперемешку со звоном немытой посуды в раковине. Богдан развалился перед телевизором после тяжёлой недели труда…
— А-а-а приехала? – даже головы не повернул он навстречу жене. – Ну чё там? Купили хоть чё-нибудь?
— Нет… – ответила она устало снимая туфли: ноги ныли от усталости весь день напролёт…
– Как это нет?! Вы ж весь день катались?!
– Мы смотрели… – прошла мимо него на кухню Оксана и распахнула окно настежь: запах был просто удушающий…
– Ну мамка у меня такая уж есть… основательная женщина… любит чтоб всё было солидно…
– Богдан… – тихо произнесла она обернувшись к нему через плечо. – Я больше так не могу…
– Что именно ты «не можешь»?.. – удивился он искренне…
Я не могу тратить свой единственный выходной на…