— Кстати, Полина, я вот тут подумал. На Новый год хочу сделать маме особенный подарок.
Полина обернулась от плиты, где на сковороде шкворчали котлеты. Дмитрий сидел за столом, листая что-то в телефоне и улыбаясь той самой своей загадочной улыбкой, которая обычно предвещала нечто неожиданное.
— Что за подарок? — осторожно поинтересовалась она, перекладывая котлеты по тарелкам.
— Решил оформить свою долю квартиры на маму как новогодний сюрприз, — не отрываясь от экрана, произнёс Дмитрий. — Представляешь, как она обрадуется?
Рука с вилкой застыла у Златы на полпути к тарелке. Полина ощутила, как под ногами словно исчезла опора.
— Дмитрий… ты это серьёзно?
— Конечно, — он наконец поднял взгляд и всё так же улыбался. — Она ведь всю жизнь мечтала о собственном жилье. Мы же остаёмся здесь жить. Просто в документах будет её имя вместо моего. По сути ничего не меняется.
Злата и Артём перестали есть и уставились на родителей. Хотя дети не понимали всех деталей разговора, напряжение чувствовалось даже им.
— Дима… — Полина опустилась напротив мужа и старалась говорить спокойно. — У нас ипотека ещё наполовину не выплачена. Осталось два с половиной миллиона гривен.
— Ну и что? Будем дальше платить.
— Но твоя мама ни копейки в это жильё не вложила! Я ежемесячно отдаю сорок две тысячи гривен, ты — восемнадцать. Получается, я оплачиваю квартиру, которая станет её собственностью?
Дмитрий поморщился.
— Не надо всё воспринимать так буквально. Это же моя мама! Она ведь не чужой человек какой-то…
— Папа, а что значит «оформить»? — Злата смотрела широко раскрытыми глазами.
— Кушай давай, солнышко, — мягко сказала Полина и погладила дочь по голове. — Это взрослые дела.
Артём ковырял вилкой котлету по тарелке без особого интереса к еде. Полина тяжело вздохнула.
— Дима… давай поговорим спокойно. Если вдруг что-то случится… у меня вообще никаких прав на эту квартиру не останется! Ты понимаешь это?
— А что может случиться? — раздражённо спросил Дмитрий и отложил телефон в сторону. — Ты боишься, что мама тебя выгонит?
— Я боюсь остаться ни с чем после того как вложила сюда больше двух миллионов за пять лет!
Голос Полины сорвался на крик. Артём вздрогнул и выронил вилку на кафельный пол; металлический звон прозвучал резко и гулко.
— Мама… пожалуйста… не ругайтесь… — Злата вскочила со стула и бросилась поднимать вилку брата.
Полина закрыла лицо руками: нужно было взять себя в руки ради детей – они не должны видеть родителей такими.
— Артём… Злата… идите пока в комнату… потом доедите…
Дети молча слезли со стульев и быстро вышли из кухни; за дверью послышался их приглушённый шёпот.
Полина попыталась снова заговорить:
— Дима… может просто подождать? Выплатим ипотеку – тогда сделаешь маме подарок хоть какой угодно… Или вместе поможем ей приобрести небольшую квартиру… Но сейчас…
— Сейчас она очень просит! – перебил её Дмитрий резко. – Она говорит: всю жизнь скиталась по съёмным квартирам или жила в служебной малосемейке… Хочет быть уверенной хоть в чём-то своём!
— У неё есть служебное жильё!
— Оно ей не принадлежит! – повысил голос Дмитрий. – Господи, Полина! Ну почему ты всё воспринимаешь так драматично? Это просто бумажка! Формальность! В реальности ничего же не изменится!
— Ещё как изменится… – голос Полины стал холодным от внутреннего напряжения. – Я работаю без передышки ради этой ипотеки… себе во всём отказываю… Помнишь прошлой зимой я просила новую куртку? Ты сказал: дорого… А сам купил телефон за семьдесят тысяч гривен осенью…
– И при чём тут это?
– При том!.. Что я экономлю каждую копейку ради нашего жилья!.. А ты собираешься подарить его своей маме!
Дмитрий резко поднялся со стула; тот с грохотом упал назад.
– Я больше не хочу это обсуждать при таком твоем настроении! Поговорим позже!
Он вышел из кухни прочь из комнаты; Полина осталась одна перед остывающими тарелками с котлетами. Из детской доносились тихие звуки игры – дети явно старались вести себя незаметно…
Она подошла к окну: за стеклом медленно падал первый снег этого сезона… Через месяц наступит Новый год… В воображении всплыла сцена: Дмитрий вручает документы матери под ёлкой… а Александра улыбается победоносно…
Телефон завибрировал: сообщение от свекрови – «Полинка дорогая! Дима сказал вы согласны! Я так счастлива! Спасибо тебе огромное».
Полина сжала телефон так сильно, что пальцы побелели…
***
В ту ночь сна к ней так и не пришло. Рядом лежал Дмитрий спиной к ней лицом к стене; он делал вид будто спит – но дыхание было неровным…
– Дима?.. – тихо позвала она сквозь темноту спальни.– Может всё-таки поговорим нормально?..
– Сейчас уже час ночи…
– Мне всё равно сколько времени… Это важно…
Он перевернулся на спину и уставился в потолок:
– Слушай… Мама правда очень просила об этом… Она плакала даже… Говорила чувствует себя ненужной… боится остаться без всего совсем…
– А я тебе важна вообще?..
– Господи ну опять начинается!.. – он закрыл глаза.– Ты ведь сама понимаешь: это формальность чистой воды!.. Всё будет как раньше: живем здесь вместе платим дальше…
– А если вдруг будет иначе?.. – Полина приподнялась на кровати.– Посмотри на меня!.. Если мы вдруг поссоримся с твоей матерью?.. Если…
– Если ЧТО?! Ты хочешь сказать «если разведемся»?! То есть ты уже думаешь об этом?!
– Нет!! Не об этом!! Я говорю о том что нужно думать головой!! Почему нельзя подождать?! Почему нельзя оформить дарственную ПОСЛЕ выплаты?!
– Потому что для неё важно именно сейчас!! – вспылил он.– Ей уже пятьдесят восемь лет!.. Она хочет почувствовать уверенность пока ещё может радоваться этому!
– За мой счёт?.. – тихо произнесла она почти шёпотом…
– Опять ты начинаешь!!.. – он вскочил с кровати.– Что теперь?! Мне надо перед тобой извиняться каждый раз потому что ты больше получаешь?!
– Да дело вовсе не в этом…
– Нет именно в этом!! Ты постоянно мне этим попрекаешь!.. «Я плачу больше», «я тяну ипотеку»!.. Может тебе просто приятно меня унижать?!
Полина открыла рот чтобы возразить но слов найтись не успело: из соседней комнаты донёсся плач Артёма…
Дмитрий выругался себе под нос сквозь зубы схватил подушку ушёл из спальни хлопнув дверью…
Полина осталась одна среди темноты ночи слушая тишину дома нарушаемую только детским всхлипом за стеной…