Вода прибывала всё быстрее, слив не справлялся, а Екатерина растерянно металась по ванной, не зная, что предпринять. Как перекрыть стояк, она понятия не имела, а найти сантехника среди ночи казалось чем-то из области фантастики. И вдруг в памяти всплыло имя — Михайло.
Екатерина выбежала в подъезд прямо в домашних тапочках, даже не накинув верхнюю одежду. Нажала на звонок его квартиры — дверь распахнулась почти сразу.
— Михайло, извините… у меня… кран… — она запиналась, голос дрожал, и слёзы едва не сорвались.
Он всё понял без объяснений. Молча взял инструменты и через несколько минут уже осматривал её ванную. Работал сосредоточенно и спокойно, без лишней суеты: перекрыл воду, подтянул соединения, сменил прокладку, затем ещё раз всё проверил. Вытер ладони полотенцем.
— Готово, — произнёс он. — Пока продержится. Но завтра всё же лучше пригласить мастера.
Екатерина облегчённо выдохнула, только теперь ощутив, насколько была напряжена.
— Спасибо вам огромное… Даже представить не могу, что бы я делала, — сказала она с искренней благодарностью.
— Да ерунда, — махнул рукой Михайло. — Ничего особенного.
Однако Екатерина уже понимала, что просто так отпустить его не сможет.
— Может, хотя бы чаем угощу? — предложила она, слегка смутившись. — В знак благодарности.
Он улыбнулся:
— От чая не откажусь.
Так в тот вечер они и оказались за столом на её маленькой кухне. Разговор шёл о пустяках, но удивительно легко, словно они знали друг друга не первый год.
После этого они начали общаться чаще. Сначала всё происходило почти незаметно: приветствия в подъезде, короткие реплики у лифта, случайные разговоры, затягивавшиеся дольше обычного. Потом стало привычным заглядывать друг к другу на чай — без формальностей и поводов. Чуть позже добавились вечерние прогулки: не торжественные свидания, а спокойные обходы двора, беседы обо всём и ни о чём.
Спустя несколько месяцев Михайло наконец уладил жилищные вопросы. Он продал прежнюю квартиру, добавил все накопления и приобрёл новую — небольшую, скромную, без изысков. Понятно, что одну просторную квартиру на две равноценные не разменяешь. Зато теперь у него было собственное жильё, свободное от прошлого и чужих претензий.
С Екатериной они продолжали встречаться: гуляли по вечерам, заходили в уютные кафе, иногда навещали друзей Михайло. Постепенно она привыкла к мысли, что рядом есть надёжный человек, на которого можно опереться. И однажды решение пожениться возникло будто само собой. Вечером, сидя на кухне, Михайло вдруг сказал:
— А давай распишемся?
Екатерина задумалась всего на пару секунд и улыбнулась:
— Давай.
Пышной свадьбы устраивать не стали. Просто зарегистрировали брак и отметили событие в кругу самых близких — без лишнего шума и показной роскоши. К тому времени Оксана, получив свою часть денег от продажи квартиры Михайло, уехала из города с каким-то мужчиной. Он не тосковал по ней. Лишь изредка, с досадой, замечал:
— Знаешь, — говорил он Екатерине, — жалею только об одном. Что вообще тогда на ней женился. Очаровала внешностью, а вот душа оказалась совсем не такой красивой.