— Скажи, как тебя зовут? — спросила медсестра.
— Иван… а это Алина, — прошептал мальчик, крепко прижимая младенца к себе.
Через несколько мгновений к ним подошли Алексей, педиатр, и охранник. При каждом резком движении Иван вздрагивал, инстинктивно заслоняя Алину собой.
— Прошу вас, не отнимайте её у меня, — взмолился он. — Она начинает плакать, когда меня нет рядом.
Алексей присел на корточки и мягко произнёс:
— Никто не собирается её забирать. Но мне нужно понять, что случилось с тобой, Иван?
Мальчик бросил тревожный взгляд на дверь и только потом заговорил:
— Это мой отчим… Он поднимает на меня руку, когда мама спит. Сегодня ночью он разозлился из-за того, что Алина всё никак не могла успокоиться. Он сказал… сказал, что заставит её замолчать навсегда. Я должен был уйти.
Эти слова пронзили Оксану словно удар в грудь. Алексей переглянулся с охранником — в их взгляде читалась тревога и решимость. Врач немедленно вызвал социального работника и сообщил в полицию.
За окнами больницы бушевала зимняя метель: ветер швырял хлопья снега в стекло и укладывал белые сугробы вдоль стен здания. Внутри же Иван продолжал крепко держать Алину на руках, ещё не зная о том, что его смелость уже стала началом цепочки событий, способных изменить судьбы.
Спустя час под холодным светом люминесцентных ламп появился детектив Виталий Монро с сосредоточенным выражением лица. За годы службы он сталкивался со множеством дел о жестоком обращении с детьми — но редко они начинались с того, что семилетний ребёнок посреди ночи приносил свою сестру в больницу ради спасения.
Иван безмолвно отвечал на вопросы следователя, укачивая Алину у себя на руках.
— Ты можешь сказать нам, где сейчас твой отчим?