— Я эти твои баночки сейчас в ящик спрячу, — с ленивой небрежностью произнесла Тетяна, оглядывая прихожую так, будто уже приценивалась к каждому углу. — У меня, между прочим, аллергия на бытовую химию. Мне нужно освободить полку под мои профессиональные сыворотки. И передай брату: пусть завтра купит свежую форель, авокадо и спаржу. Пельмени из супермаркета — это не мой уровень.
Я неторопливо присела на пуфик, ощущая, как внутри поднимается холодная волна раздражения.
— Форель, значит, и спаржа… Скромность явно не ваш конёк, — усмехнулась я. — А ночевать вы где намерены?
— В вашей спальне, естественно. У меня спина больная, сколиоз, — заявила Тетяна с таким видом, будто предъявляла медицинское предписание. — Вы молодые, переберётесь на диван в гостиной. И купите плотные шторы — я не могу спать при свете.
— Любопытный расклад, — протянула я и, переплетя пальцы, перевела взгляд на свекровь. — Оксана Марковна, а что же ваша дача? Вы ведь полгода рассказывали, как там по утрам соловьи заливаются.
В её глазах сверкнула деловая искра.
— Мария, времена сейчас непростые. Мы и дачу, и квартиру сдали. Арендаторы платят втрое больше обычного — глупо упускать такую прибыль. У вас всё равно лишние метры пустуют. Нам экономия, и заодно посмотрим, какая из тебя хозяйка.
Всё встало на свои места. Свою недвижимость они выгодно пристроили, а жить с комфортом и питаться деликатесами решили за мой счёт. Безупречная схема — минимум затрат, максимум удобств.
— Завтрак подавайте к девяти, — добавила Тетяна тоном избалованной особы. — И бельё гладьте с обеих сторон. Олег говорил, ты сутками за компьютером сидишь, хозяйством не занимаешься.
Я подняла глаза на свекровь и заговорила почти шёпотом:
— Оксана Марковна, у Салтыкова-Щедрина есть персонаж — Иудушка Головлёв. Тоже мастер прикрываться заботой, когда тянул всё у родных. Скажите честно, вы давно классику в руки брали?