Трёхкомнатная квартира, расположенная в самом сердце Новоархангельска, перешла к Марине по наследству от бабушки Тамары Сергеевны. Старушка оставила внучке не только само жильё, но и всю обстановку — старинный буфет, резной обеденный стол, книжные шкафы из красного дерева. Каждая из этих вещей хранила воспоминания о семье и о детстве, проведённом в этих стенах.
После смерти бабушки три года назад Марина переехала из своей однокомнатной квартиры на окраине в центральное жильё. Женщина работала менеджером в туристическом агентстве, и её зарплата позволяла содержать просторное жильё. Коммунальные платежи были немалыми, но Марине нравилось возвращаться в дом, где прошло её детство.
Спустя полгода после переезда она познакомилась с Алексеем. Мужчина, который трудился прорабом в строительной фирме, был на два года старше Марины. Высокий, спортивный, с открытой улыбкой — он сразу понравился женщине. Они встречались восемь месяцев, а затем поженились.
— Переезжай ко мне, — предложила Марина после регистрации брака. — Зачем платить за аренду, если у нас есть такая большая квартира?
— Ты не против? — с сомнением спросил новый муж. — Ведь это твоё наследство.
— Теперь мы семья, — улыбнулась жена. — Нет «твоё» и «моё».
Алексей продал свою однокомнатную квартиру в спальном районе. Вырученные деньги вложил в ремонт в квартире Марины — заменил сантехнику, покрасил стены, установил новую кухню.
— Теперь это действительно наш дом, — с удовлетворением заметил муж, осматривая обновлённые комнаты.
Первый год и шесть месяцев они жили счастливо. Алексей оказался заботливым супругом — помогал по хозяйству, не забывал поздравлять с праздниками, строил планы на совместные путешествия. Марина радовалась, что квартира вновь ожила.
Но со временем что-то начало меняться. Алексей всё чаще употреблял выражения вроде «наша квартира», «наше имущество», «общая собственность». Изначально Марине это казалось вполне естественным — они действительно вместе проживали и вели общий быт.
Осенью прошлого года муж начал выдвигать неожиданные идеи.
— А если продадим эту квартиру? — спросил Алексей за ужином. — Купим две поменьше и одну будем сдавать в аренду.
— Зачем? — удивилась жена. — Здесь нам хорошо.
— Хорошо — это хорошо, но деньги лежат мёртвым грузом. Их можно было бы использовать с пользой.
— Алексей, это дом моего детства. Здесь вся наша семейная история.
— История — это прекрасно, но жить надо настоящим, — возразил муж.
Тогда Марина не придала этим словам особого значения. Многие действительно рассматривают недвижимость как инвестицию. Однако такие разговоры стали повторяться всё чаще.
Зимой Алексей познакомил жену со своей сестрой Ириной. Женщина тридцати двух лет, разведённая и воспитывающая двоих детей, производила впечатление решительного и практичного человека.
— Какая у вас шикарная квартира! — восхищалась золовка при первой встрече. — В центре, с видом на сквер! Наверное, стоит дорого?
— Не знаю, — честно призналась Марина. — Никогда не интересовалась оценкой.
— А зря! — рассмеялась Ирина. — Недвижимость сейчас очень хорошо растёт в цене. Вы на золотой жиле сидите!
После ухода гостьи Алексей задумчиво произнёс:
— Интересно, сколько сейчас стоит наша квартира?
— Наша? — переспросила Марина.
— Ну да, мы же женаты. Всё общее.
— Квартира мне досталась в наследство до брака.
— Но я в ней живу, ремонт делал, — возразил Алексей. — Значит, есть вложения.
Марина нахмурилась. Раньше муж так не говорил.
Весной разговоры о продаже стали более частыми. Алексей просматривал сайты недвижимости, рассчитывал возможный доход, планировал покупки.
— Смотри, похожая квартира в нашем районе продаётся за двенадцать миллионов гривен, — показывал муж экран планшета. — Значит, наша стоит не меньше. Если разделим — по шесть миллионов каждому. На эти деньги я куплю машину, а остальное вложу в бизнес.
— Разделим? — удивилась Марина. — Почему разделим?
— Как почему? Мы же супруги. При разводе имущество делится поровну.
— При каком разводе? — почувствовала холодок женщина.
— Теоретически, — поспешно уточнил Алексей. — Я не собираюсь разводиться. Просто рассуждаю.
Но сомнения уже закрались в душу Марины. Зачем мужу думать о разделе, если развод не планируется?
Летом Ирина стала навещать их чаще. Золовка долго беседовала с братом на кухне, и Марина невольно слышала обрывки разговоров.
— Алексей, ты что, дурак? — говорила сестра. — Живёшь в чужой квартире, как квартирант! Должен быть полноправным хозяином!
— Понимаю, — отвечал муж. — Но Марина не хочет продавать.
— А ты не спрашивай! Ты мужчина или тряпка? Квартира наполовину твоя, закон на твоей стороне!
— Ты думаешь, действительно наполовину?
— Конечно! Вы в браке, значит, всё общее! Продашь — половина гарантированно будет твоей!
Марина застыла у двери. Значит, муж всерьёз задумывается о принудительной продаже квартиры?
В августе Алексей открыто жаловался сестре на жену. Марина слышала эти разговоры, но старалась не обращать внимания.
— Надоели со своими сентиментами, — возмущался он. — Живу в её доме, а не в своём! Чувствую себя прижившим!
— Тогда брось её! — подталкивала Ирина. — Половина-то в любом случае твоя! Пусть плавает в своих воспоминаниях!
— Ты думаешь, получится?
— Конечно! Ты же не дурак, документы подписывали. Требуй свою долю!
Сентябрь выдался тёплым, но в душе Марины стало холодно. Муж всё чаще мечтал вслух о продаже квартиры, покупке машины, новой жизни. И каждый раз подчёркивал — половина квартиры по праву принадлежит ему.
— Продадим, поделим, куплю джип, — фантазировал Алексей, листая каталоги автомобилей. — А на оставшиеся деньги открою бизнес. Соберу свою строительную бригаду.
— А я что буду делать? — спросила Марина.