«Я говорила «заезжайте на чай», а не «вселяйтесь»» — Аня сквозь зубы разувается, сдерживая ярость при виде наглых родственников

Domsovety
Ключ в замке повернулся со скрипом, который всегда ужасно раздражал Аню, но сегодня этот звук показался ей самым прекрасным на свете. Рабочий день в банке выдался сумасшедшим: три выданных ипотеки, две жалобы от скандальных клиентов и зависшая программа в самый пик очереди. Единственное, о чем Аня мечтала последние четыре часа, это запереться в своей квартире, растянуться на диване и включить новый огромный телевизор, купленный в рассрочку буквально на прошлой неделе.
Она толкнула дверь, шагнула в прихожую и замерла. Вместо привычной тишины и легкого аромата лавандового освежителя на нее обрушился плотный запах жареного лука, дешевого табака и оглушительный детский визг. На полу в коридоре громоздились три огромные клетчатые сумки, из которых во все стороны торчали вещи.
Из гостиной, вытирая руки о цветастый фартук, вышла Анина тетка по материнской линии, Галина Петровна. За ней, переваливаясь с ноги на ногу, следовал ее муж, дядя Коля, держащий в руке надкусанный соленый огурец. Из-за их спин с криками вылетел семилетний троюродный брат Ани, Никитка, с разбегу врезавшись в вешалку.