А теперь она уже не злилась. Теперь пришло понимание…
— Не огорчай маму, — твердил Роман каждый раз, когда Надя пыталась завести разговор о том, что пора бы уже разобрать детскую комнату и вообще начать возвращаться к нормальной жизни.
— Ей сейчас тяжелее всех, — добавлял он, и Надя замолкала.
Тяжелее всех… Конечно. Видимо, свекрови действительно труднее, чем ей — женщине, которая выносила этого малыша, потеряла его и вместе с ним похоронила часть себя.
***
Весна в тот год наступила рано. Уже в начале апреля деревья стояли в цвету, а солнце настойчиво пробивалось сквозь окна. Надя стояла на кухне с ножом в руке и чистила картошку. Мысли её вертелись вокруг одной даты: скоро исполнится три года… С того самого дня.
Оксана вошла на кухню с видом значимости. В руках у неё была коробка с лентой.
— Надюша, у меня появилась мысль.
Надя напряглась. Идеи свекрови редко приносили облегчение.
— В мае Станиславу исполнилось бы три годика, — произнесла Оксана. — Я тут подумала: может быть, стоит это отметить? Тихо, по-семейному. Пригласим Нину и Ивана. Тортик испечём, свечки поставим…
Надя не сразу осознала смысл услышанного.
— Простите… что вы сказали? — переспросила она с недоверием.
— У Станислава скоро день рождения, — спокойно повторила Оксана. — Разве можно просто так забыть? Три года – это важная дата. В этом возрасте дети уже говорят и ходят в садик… Нужно отдать ему должное.
Надя смотрела на неё в полном оцепенении. В голове гудели слова: торт… свечи… день рождения…
День рождения ребёнка, который так и не появился на свет по-настоящему.
Ребёнка, который никогда не говорил ни слова и не сделал ни одного шага.
— Я даже подарок ему купила, — продолжала Оксана и открыла коробку перед ней.
Она будто не замечала всей чудовищности своих слов.
— Вот посмотри: машинка… Сейчас бы он как раз начал играть такими игрушками — как Роман когда-то в этом возрасте. Поставим её рядом с ботиночками в детской комнате…
Надя молча сняла фартук. Не говоря ни слова вышла из кухни и прошла мимо бывшей детской к прихожей. Натянула пальто и взяла сумочку со стула у двери.
— Ты куда собралась? — донёсся голос свекрови из кухни. — А картошка?
Надя ничего не ответила. Впервые за эти три года она вышла из квартиры без цели или повода – просто ушла прочь.
На улице пахло весной: почки на тополях вот-вот должны были раскрыться; воробьи шумели в кустах; по тротуарам катили коляски молодые мамы…
Ноги сами понесли Надю к дому Кристины.