На плечах доцента кафедры патологической анатомии, кандидата медицинских наук, лежала вся тяжесть быта.
— Стратегический объект… — повторила Мария с оттенком иронии в голосе.
Раздался звонок в дверь. На пороге появились Владислав с авоськой мандаринов и Дарына. Золовка щеголяла в новом пуховике, явно стоившем немало, но при этом лицо её выражало вселенскую скорбь.
— Привет, буржуи! — бросила Дарына, сбросив сапоги и небрежно отпихнув их ногой к обувнице. — Еле добралась. Таксисты на Новый год просто звери — цены заоблачные. Мария, перекинь мне на карту за такси, а то у меня там пусто совсем, а водитель ждёт перевода.
Мария молча взяла телефон. Объяснять причину отказа казалось бессмысленным — проще было перевести деньги. Повисла тишина. Вязкая, обволакивающая тишина, которой она словно обматывала свою жизнь — чтобы не чувствовать боли.
Застолье началось вполне предсказуемо. Татьяна разливала по тарелкам холодец собственного приготовления (пересоленный), сопровождая действия громкими комментариями:
— Вот учись, Мария. Настоящий холодец — из говяжьей рульки! А не твои эти желейные порошки из магазина. Мужчине нужна сила!
Владислав молча жевал и украдкой поглядывал на супругу. Он давно избрал тактику «мебели» — быть незаметным во избежание конфликта.
— Ну что ж, провожаем старый год! — Олег поднял рюмку водки. — Год выдался тяжёлым: на работе постоянное напряжение, ответственности выше крыши… Но мы справились!
— За тебя, сынок! — Татьяна прослезилась от умиления. — Ты наш опора и защитник! Настоящий мужчина! Не то что некоторые там бумажки перебирают в институтах…
Внутри Марии что-то надломилось: будто хрупкое стекло треснуло от напряжения терпения. Она посмотрела на свои руки: ухоженные ладони хирурга с натруженной кожей — сегодня они перемыли гору посуды пока «кормилец» спал перед ночной сменой (которая вообще-то только завтра).
— К слову о бумажках… — сказала Дарына, подцепляя вилкой кусок буженины. — Мария, я тут подумала… Хочу пойти на курсы маникюра. Там всего сорок тысяч гривен нужно. Для тебя это мелочь – один раз в ресторан не сходить! А мне профессия будет… Одолжишь? Верну… как только раскручусь.
— Конечно даст! А куда она денется? — усмехнулась Татьяна с ехидцей в голосе. — Семья ведь должна помогать друг другу! У неё зарплата профессорская – куда ей столько? Детей нет же – тратить всё равно не на кого!
Повисла гнетущая пауза. Тема детей была запретной – болезненной и кровоточащей раной для всех присутствующих. Татьяна прекрасно знала: проблема вовсе не в Марии – это у Олега были сложности из-за сидячего образа жизни, алкоголя и полного отказа от лечения… Но семейная легенда давно назначила «виноватой» именно Марию – пустоцветом стала она по негласному решению рода.
Мария подняла глаза…