Татьяна молча допивала остывший кофе, не спеша продолжать разговор.
— Знаете, из-за чего у нас с ним случился последний серьёзный конфликт? Я настояла, чтобы он поехал со мной на море в отпуск, а не отправлялся на ту важную для него деловую конференцию. Я кричала, обвиняла его в безразличии, говорила, что он меня больше не любит и я ему безразлична. А он посмотрел на меня таким уставшим и опустошённым взглядом и произнёс: «Оксана, ты превращаешь наши отношения в тюрьму. А в тюрьме не живут — там отбывают срок. Я не хочу быть заключённым». И ушёл. Тогда до меня дошло — он был абсолютно прав.
Татьяна сидела молча, словно потеряв дар речи. Она смотрела на женщину перед собой — ту, что когда-то наверняка была полна любви и жизненной энергии. Теперь же в её взгляде читалась только тихая печаль и понимание.
В голове у Татьяны пронеслись все её наставления Маричке: «Ты должна держать его под контролем!», «Скажи ему, чтобы не смел так поздно возвращаться!», «Закати скандал из-за этой поездки с друзьями!» И вдруг стало страшно — ведь именно она сама подталкивала дочь к той самой черте, за которую когда-то переступила Оксана.
— Я… я думала, вы его ненавидите… — с трудом произнесла Татьяна.
— Ненависть требует слишком много сил. Это чувство слишком затратное. Я просто… поняла его. Слишком поздно поняла. Сейчас я снова замужем, у нас двое детей, есть небольшой домик за городом и традиционные шашлыки по выходным. Я счастлива по-настоящему и от всей души желаю Богдану обрести своё спокойствие. А вашей дочери — мудрости избежать моих ошибок, — Оксана бросила взгляд на часы и поспешно добавила: — Мне пора идти. Спасибо за беседу.
Она поднялась из-за стола, коротко кивнула на прощание и вышла из кофейни, оставив Татьяну одну со своими мыслями.
Женщина всё ещё смотрела в одну точку перед собой, когда телефон внезапно завибрировал на столе. Звонила Маричка.
— Мамочка, всё хорошо? Где ты? Богдан приглашает вас с папой сегодня вечером к нам во двор шашлыков поесть! Придёте?
Раньше Татьяна бы раздражённо ответила: «Опять эти шашлыки? Больше заняться нечем?» Но теперь она лишь глубоко вдохнула и мягко сказала:
— Конечно придём, милая. Как раз куплю тот соус, который Богдан так любит. Пусть готовит сам — у него это отлично выходит.
С того момента Татьяне больше не хотелось искать поводы для подозрений или пытаться управлять зятем через критику или давление.