Богдан всегда отличался внутренней силой. Невысокого роста, поджарый, с крепкими руками человека, который знал цену настоящему труду. Он проработал инженером на заводе, затем вышел на пенсию и посвятил себя загородному дому — своему новому делу жизни. Уютный домик под Запорожьем с садом, участком и прудом, который он вырыл почти один.
Этот дом был не просто строением — он стал воплощением спокойствия и уюта. Местом, где собиралась семья каждое лето. Они сидели на веранде, наблюдали за тем, как солнце медленно скрывается за деревьями, и слушали истории отца.
Когда Дарина приехала в больницу, Богдан ещё был в сознании. Очень ослабевший, словно болезнь вытянула из него всё живое. Но взгляд оставался прежним — тёплым и внимательным.
Она не отпускала его руку всю ночь. Говорила о мелочах, вспоминала детские годы, делилась новостями о саде. Он почти не произносил слов, но время от времени сжимал её пальцы в ответ.
К утру его сердце остановилось.
Прощание прошло в промозглый октябрьский день. Низкое серое небо нависало над землёй; дождь моросил нерешительно, будто сдерживая слёзы вместе с ней. Рядом стоял Тарас — обняв её за плечи. С другой стороны — Кристина: подруга детства и единственный человек рядом по-настоящему.
Дарина ощущала пустоту внутри. Плакать уже не могла — слёзы иссякли задолго до этого дня. Ей исполнилось тридцать лет — возраст осознания потерь: родителей больше нет… И вместе с ними ушло то чувство уверенности, что где-то есть место на земле, где тебя всегда ждут.
Спустя неделю после похорон состоялось оглашение завещания. Богдан всё заранее распланировал: загородный дом с участком, немного накопленных гривен и старенький автомобиль в хорошем состоянии — всё это переходило к Дарине.