— Ну уж точно не я, — с усмешкой ответила Оксана. — У меня сейчас пусто в кошельке. Иван тоже сразу сказал, что помогать не станет. Мол, разбирайся сама.
— Но… я ведь поручитель! — Ирина ощутила, как всё внутри похолодело. — Выходит… выходит, платить придётся мне?
— А кому же ещё? — безразлично повела плечами Оксана. — Ты сама поставила подпись. Видела, под чем расписывалась.
— У меня нет таких средств! Меня сократили! Мне просто нечем вносить платежи!
— Послушай, Ирина, это уже не мои заботы, — неожиданно резко произнесла Оксана, откладывая журнал в сторону. — Всю жизнь я выслушивала твои поучения о правильности и ответственности. Ты же у нас всегда была образцом благоразумия. Вот теперь и расхлёбывай последствия. У меня свои планы. Я выхожу замуж, у нас с Иваном скоро свадьба на Мальдивах. Мне сейчас не до твоих долгов.
Ирина смотрела на сестру так, будто перед ней сидел совершенно незнакомый человек. Холодная, расчётливая женщина — разве это та самая девочка с косичками, которую она когда-то водила в детский сад? Та беспечная студентка, из чьих неприятностей ей приходилось вытаскивать её снова и снова?
— Как ты можешь, Оксана?.. — едва слышно произнесла Ирина. — Я же всегда была рядом. Я отказалась от многого ради тебя. А ты…
— Я тебя об этом не просила, — оборвала сестра. — Это был твой выбор. Хотела быть идеальной — пожалуйста. А мне пора собираться. Мы с Иваном сегодня ужинаем в ресторане.
Оксана поднялась и скрылась в спальне, оставив Ирину одну в просторной, непривычно пустой гостиной. Та постояла несколько секунд, затем молча направилась к выходу.
Её привычный мир рассыпался. Квартиру описали судебные приставы и выставили на аукцион. Всё, что она бережно собирала годами — книги, любимые вещи, — ушло почти даром. Пришлось перебраться в тесную комнату в коммунальной квартире, которую она снимала на последние сбережения. Работы по-прежнему не было.
Связаться с сестрой она больше не пыталась. Горечь и обида оказались слишком сильными — Ирина словно вычеркнула Оксану из своей жизни. Теперь она осталась совсем одна.
Однажды, бесцельно прогуливаясь по парку, чтобы хоть немного отвлечься, Ирина присела на скамью рядом с пожилой дамой, погружённой в чтение.
— Простите меня, — неожиданно обратилась к ней женщина. — Мне кажется, мы знакомы. Вы ведь работали в библиотеке на Лесной?
— Да, это так, — удивилась Ирина. — Двадцать лет там проработала.
— Я так и подумала! — оживилась женщина. — Я была вашей постоянной читательницей. Меня зовут Валентина. Однажды вы нашли для меня редчайшее издание по ботанике. Я искала его долгие годы.
— Помню, — мягко улыбнулась Ирина. — «Атлас флоры Средней полосы Украина» 1953 года.
— Совершенно верно! — воскликнула Валентина. — Вы тогда меня буквально спасли. А почему вы ушли? Я пришла как-то, а библиотека закрыта.
Ирина сама не ожидала от себя такой откровенности, но вдруг рассказала почти незнакомой женщине всё: и о сокращении, и о предательстве сестры, и о долгах, и о жизни в коммуналке. Слова лились без остановки, а по щекам текли слёзы.
Валентина слушала внимательно, не перебивая, и в её взгляде читалось искреннее участие. Когда Ирина замолчала, она осторожно сжала её ладонь.
— Знаете, милочка, — сказала она мягко.