— Оксанка, это просто сказка, — с полным ртом произнёс Богдан, закатив глаза от удовольствия. — Настоящий грибной суп, как в юности. Мария мне варит только на воде и почти без масла. Говорит, так полезнее. А здесь… просто праздник вкуса…
— Я очень рада, что вам по душе, — смущённо улыбнулась Оксанка. — Я всё учла: минимум жира, соли тоже немного. Грибы ведь и белок, и клетчатка.
— Всё предусмотрела, всё правильно сделала, — одобрительно кивал Богдан, закусывая суп ломтем хлеба из цельного зерна. — А на горячее что? Ого, курочка! И не сухая совсем — сочная! А овощи какие… а эти перцы? Я их обожаю! А Мария говорит: в них один сахар.
— В перцах меньше сахара, чем в моркови, папа, — вмешался Роман. — Оксанка всю ночь изучала гликемические индексы в интернете.
Богдан смотрел на невестку с такой теплотой и благодарностью, что у Оксанки невольно защемило сердце.
Она вдруг осознала: ему так не хватает простых человеческих радостей — вкусной еды без постоянных замечаний и ограничений. Когда дошло до десерта, он сначала насторожился.
— Пирог? Оксанка… мне нельзя…
— Он без сахара и муки. Только творог с яйцами и немного овсяных отрубей. Всё это вам можно.
Он аккуратно отломил кусочек и попробовал. Его лицо озарила широкая улыбка ребёнка.
— Вкусно… — прошептал он с удивлением. — Как настоящий пирог… Спасибо тебе большое, доченька.
После трапезы Богдан достал глюкометр и проверил уровень сахара в крови. Он показал результат Оксанке с торжествующим выражением лица.
— Смотри! Пять целых восемь десятых! После такого обеда! Вот расскажу потом Марии: можно есть вкусно и без вечных жертв!
Оксанка светилась от счастья. Она чувствовала: сделала нечто большее, чем просто приготовила еду – она подарила человеку ощущение нормальной жизни без лишних ограничений.
Поздним вечером после отъезда Богдана Роман крепко прижал её к себе.
— Спасибо тебе огромное… Папа был просто на седьмом небе от счастья. Я давно его таким не видел.
Оксанка прижалась к мужу всем телом. Она была по-настоящему счастлива… Но это чувство длилось недолго.
Спустя пару дней Роман разговаривал по телефону со своей сестрой Лесей и вдруг нахмурился.
Разговор был коротким и напряжённым; положив трубку на стол, он тяжело вздохнул.
— Оксанка… только не переживай… мама опять говорит всякую чушь…
— Что случилось? — встревоженно спросила она.