Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
Пусть твоя мать празднует юбилей у себя дома — я не собираюсь устраивать сбор всей родни у нас, — резко заявила Оксана мужу.
— Ты это сейчас серьёзно, Оксаночка? — голос Марии в трубке звучал так, словно она вещала не по телефону, а с трибуны перед аудиторией.
Оксана прижала плечом мобильный к уху и продолжала вытирать тарелку, стараясь не дать раздражению выплеснуться наружу.
— А что тут может быть несерьёзного, Мария? — спокойно уточнила она. — У нас квартира небольшая, Богдану нужно спать вовремя, вы же в курсе.
— Богдану… — передразнила свекровь. — В наше время трое детей на одном диване спали в одной комнате, и никто не жаловался. Мне шестьдесят лет исполняется один раз в жизни, а не каждую пятницу.
Оксана остановилась и взглянула на своё отражение в тёмном стекле окна. Из комнаты доносился приглушённый звук мультфильма — сын увлечённо рассматривал машинки и комментировал происходящее вслух.
— Я ведь не против самого праздника, — произнесла она ровным голосом. — Но я против того, чтобы снова табуретки стояли вплотную друг к другу, гости курили на лестничной площадке и кричали под дверью до глубокой ночи.
— Ну вот началось… — протянула Мария с таким страдальческим вздохом, будто её просили прожить всю жизнь заново. — Раньше женщины как-то справлялись: никто не ныл про усталость или ребёнка. А теперь только слышишь: «не могу», «устала», «ребёнок».
— Потому что ребёнку неприятно, когда дядя Лёша после третьей рюмки начинает ему петь прямо в ухо, — не удержалась Оксана. — И мне это тоже мало приятно.
На том конце воцарилась пауза. Затем свекровь заговорила мягко-приторным тоном:
— Оксаночка, давай так: ты сейчас успокойся и обсуди всё с Андреем. Это ведь его решение тоже — где матери отмечать юбилей.
Оксана крепко сжала губы.
— Хорошо, поговорю с ним.
— Вот молодец! Я уже ему звонила: он сказал обсудит с тобой всё спокойно. Ты же разумная девочка – поймёшь правильно.
Раздалось бодрое «целую» – и гудки оборвали разговор. Оксана положила телефон на столешницу и несколько секунд просто стояла над раковиной с опущенными руками. Вода остывала, пена оседала по краям чашек и тарелок мутными разводами.
Из комнаты выглянул Богдан – худенький мальчик с растрёпанными волосами в растянутой футболке с динозавром.
— Мамочка, а папа скоро придёт?
— Скоро-сынок,— ответила она машинально.— Загонит машину в гараж и поднимется домой.
Богдан кивнул и снова скрылся за дверью комнаты; а тем временем в голове у Оксаны уже разворачивался другой диалог – тот самый разговор с Андреем, которого она ещё даже не видела сегодня вечером.
Андрей пришёл около девяти вечера – как обычно немного помятый после смены; от него пахло чужими салонами автомобилей и дешёвыми ароматизаторами воздуха. Он поставил пакет с молоком и хлебом на столешницу кухни, шмыгнул носом и снял кроссовки у входа.
— Что ты такая хмурая? – спросил он из коридора.— Опять соседка музыку включила?
— От соседки можно дверь закрыть,— бросила Оксана через плечо.— А от твоей мамы так просто не спрячешься.
Он почесал затылок рукой и прошёл мыть руки под краном:
— Уже позвонила? Быстро ты… Ну ладно,— пробормотал он себе под нос.— Давай выкладывай сразу всё…
— Давай,— согласилась она тихо садясь напротив.— Она хочет устроить праздник у нас дома.
— Ну так у нас просторнее,— сразу возразил Андрей доставая батон из пакета.— У неё там одни проходные комнаты…
— Андрей… наша двухкомнатная всего сорок четыре квадрата – ты сам знаешь это лучше всех,— напомнила устало Оксана.— И «просторнее» только на словах: если сюда посадить всех твоих родственников – Богдан будет спать на коврике возле лифта!
Он махнул рукой:
— Не преувеличивай… Один вечер всего лишь! Серьёзно…
Вот это его «один вечер» Оксана слышала уже много раз за последние годы: один вечер был тогда на Новый год – когда вся его родня собралась у них дома; тётя Марта тогда опрокинула салат прямо на новый диван… Один вечер был ещё позже – когда день рождения праздновал двоюродный брат; половина гостей тогда решила ходить по квартире босиком или в тапках хозяев – даже заходили в детскую без спроса… Один такой вечер потом оборачивался для неё полуднём уборки кухни или стиркой скатерти; а Мария потом говорила снисходительно: «Ну что ты ноешь? Молодая ещё! Разве это работа?..»
Оксана подняла взгляд:
– Слушай меня внимательно… давай договоримся прямо сейчас…
Он откусил кусочек хлеба без особого интереса:
– Говори…
– Юбилей твоя мама пусть проводит у себя дома… я никого сюда звать больше не позволю ни сейчас ни потом,— произнесла она чётко по слогам.
Андрей замер посреди жевания:
– Что ты сказала?
– То самое что услышал,— ответила она спокойно глядя ему прямо в глаза.— Я тебе не гостиница… И наш дом тоже не банкетный зал для всей вашей родни…
Он положил хлеб обратно на тарелку и вытер пальцы о бумажную салфетку:
– Это своей матери скажи… Пусть сама решает где ей отмечать… Только сюда никого пусть больше не тащит…
– Моя мама никого сюда никогда не тащит,— напомнила Оксана ровным голосом.— Она приезжает раз-два месяца максимум… да ещё по выходным когда тебя нет дома…
– А моя мама значит вообще сына видеть права лишена?! Ей шестьдесят лет исполняется! У неё праздник! Но нет же! Тут ведь ребёнок должен лечь спать вовремя иначе вселенная рухнет!
– Проблема вовсе не только в ребёнке,— отрезала Оксана.— Проблема в том что я устала обслуживать двадцать человек одновременно! Я работаю всю неделю как лошадь – точно так же как ты! И хочу хотя бы выходные провести спокойно… а не бегать между кухней гостиной туалетом собирая стаканы со всех поверхностей пока взрослые люди ведут себя как будто они сидят за микрофоном где-нибудь на стадионе…