— Для «токсичной матери» твой абонент теперь будет вне зоны доступа.
Я подхватила пакеты и потащила их к прихожей. Один за другим бросила у самой двери, потом щёлкнула замком и распахнула створку.
— На выход, — произнесла я ровно.
— Мам, ну пожалуйста… — Мария застыла посреди коридора, вся сжавшаяся, с опущенными плечами. Розовые пряди торчали в разные стороны. — Я всё исправлю. Честно. Устроюсь куда-нибудь, начну отдавать.
— Ровно это ты обещала восемь месяцев назад.
Я вытащила из её сумки связку ключей от квартиры и кинула на тумбочку. Потом подошла к шкафу, где был встроен сейф. Набрала комбинацию, открыла дверцу и достала красную папку с бумагами на бабушкину квартиру.
— А вот это останется у меня.
Мария сразу поняла: её затея с квартирой тоже больше не тайна. Краска сошла с её лица.
— Значит, ты всё видела… — едва слышно выдохнула она.
— Уходи.
Она медленно сунула ноги в ботинки, накинула пальто, но пуговицы так и не застегнула.
— Ты ещё пожалеешь, — вдруг прошипела она, и в голосе прорезалась злость. — Я тебе этого никогда не забуду. Больше у тебя нет дочери.
— Как скажешь.
Мария вышла на лестничную площадку. Следом я выставила её мусорные пакеты.
— Тварь, — бросила она мне в лицо.
Я захлопнула дверь.
Повернула ключ дважды. Потом задвинула внутреннюю задвижку.
В квартире воцарилась непривычная тишина. На кухне давно остыл чай. В кармане халата тянул тяжестью чужой смартфон. Завтра с утра я поеду в банк: заблокирую все карты, привязанные к её номеру, и отменю оплату следующего семестра.
Минут через пять по двери начали колотить ногами. Удары были глухие, настойчивые, отдавались по всему коридору.
— Открой! — орала Мария с площадки. — Мне холодно! У меня даже на проезд денег нет!
Я молча ушла на кухню, взяла тряпку и вытерла со столешницы разлитый чай.
Она билась в дверь ещё около сорока минут. Потом всё стихло.
Мария жаловалась, что боится звука моих шагов. Теперь ей придётся привыкать к звуку собственных.
Наверняка найдутся те, кто скажет: родная мать не имеет права выставлять ребёнка за дверь из-за глупостей молодости. Но скажите честно: вы бы оставили ночевать у себя человека, который уже подобрался к ключам от вашего сейфа?