Не в силах больше терпеть, на следующий день Екатерина набрала номер свекрови. Вера всегда производила на неё впечатление женщины строгой, но объективной. В отчаянии Екатерина рассчитывала на элементарную женскую поддержку — ей казалось, что мать сумеет образумить слишком увлёкшегося сына.
Свекровь не заставила себя ждать. Она степенно устроилась за кухонным столом, молча выслушала сбивчивую, прерываемую слезами исповедь невестки, внимательно просмотрела скриншоты чеков. Лицо её оставалось каменным. Шестьдесят двухлетняя Вера лишь брезгливо поджала губы.
— А ты на что рассчитывала, Екатерина? — её голос обдал холодом. — Думаешь, он всю жизнь будет держаться за твою юбку, пока ты по декретам сидишь? Куда ты сейчас денешься с двумя прицепами и без гроша за душой? К своей матери побежишь?
Екатерина потрясённо смотрела на женщину, которую столько лет называла мамой.
— Все мужчины ходят налево, — жёстко произнесла Вера, поправляя на запястье золотой браслет. — Такова их природа. Я в своё время тоже закрывала глаза на похождения его отца, зубы стискивала. Зато какого сына вырастила! С квартирой, с достойной должностью. Ты мать, и твоя святая обязанность — быть мудрее, не устраивать сцен и сохранить семью ради детей. Перебесится — вернётся. А начнёшь скандалить — окажешься на улице.
Когда за свекровью закрылась дверь, Екатерина отчётливо осознала пугающую истину: в этих стенах она совершенно одна. Ни одного союзника.
Решающий разговор произошёл тем же вечером. Дети уже спали. Олег развалился на диване с телефоном, равнодушно ковыряя вилкой давно остывший ужин. Екатерина вошла в гостиную, села напротив и, глядя прямо ему в глаза, ровным, почти безжизненным голосом сказала:
— Я видела маршрут такси в ту ночь. В ту самую, когда Маричка металась в жару, а ты якобы был в командировке.
Она готовилась к чему угодно: к отрицанию, к крикам, к попыткам оправдаться или свалить всё на ошибку. Но реакция Олега оказалась страшнее любых отговорок. Он посмотрел на неё усталым, скучающим взглядом и спокойно, почти лениво произнёс:
— Да. У меня есть другая женщина. И что дальше?
Екатерина задохнулась от его цинизма, но он поднял ладонь, не давая ей заговорить.
— Давай без слёз и дешёвых сцен, Екатерина. Я вас не бросаю. Разводиться не собираюсь, детей люблю, да и к тебе не безразличен. Вы живёте в моей квартире, я обеспечиваю вас, плачу за всё. Тебе всё равно идти некуда. А мне нужно разнообразие — я молодой, здоровый мужчина со своими потребностями.
Он направился в душ, а Екатерина осталась одна в полутёмной гостиной, слушая размеренное тиканье настенных часов. Слова Веры и мужа гулко отдавались в голове: «Некуда идти», «Я вас обеспечиваю», «Закрой глаза». Они были уверены, что её можно купить — за еду, за крышу над головой, за оплаченные счета. Что её достоинство равно сумме коммунальных платежей и стоимости продуктов. И именно в этот момент, в темноте комнаты, беспомощная жертва внутри неё исчезла навсегда. На её месте возник холодный, расчётливый стратег.
Когда Олег вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем, в гостиной его уже ждала совсем другая Екатерина.