Но потом она вспоминала: никакой семьи нет. Есть лишь «предприятие», где её роль — бесплатная рабочая сила.
Через полгода на её карте накопилось четыреста тридцать тысяч.
Оксана начала подыскивать жильё. Осторожно, через телефон, пока Артём был на работе. Сайты объявлений, чаты в Телеграме, ЦИАН. Однокомнатные квартиры в Бородянке сдавались по двадцать — двадцать пять тысяч гривен. В Киеве — от тридцати.
Этих денег ей хватило бы на год жизни. А если затянуть пояс потуже — и дольше.
Но уходить она пока не спешила. Хотелось собрать побольше средств. И рассчитаться по всем долгам.
Однажды вечером Артём вернулся с работы раздражённым.
— Главного бухгалтера уволили, — бросил он, разуваясь у порога. — Оказалось, воровала. Подделывала счета.
— Ужас какой…
— Представляешь? Пятнадцать лет проработала, все ей доверяли… А она потихоньку набивала себе карманы. Насчитали почти два миллиона!
Оксана молча накрывала на стол.
— Самое мерзкое — сразу ведь не заметишь, — продолжал он. — Тут недосчитались немного, там проморгали… А в итоге два миллиона как с куста.
— Жутко…
— Не жутко, а гадко! Людям вообще нельзя доверять! Никому!
Он пристально посмотрел на неё:
— Ты-то у меня ничего не тыришь?
Оксана засмеялась — почти естественно получилось:
— Артём, у меня лимит тридцать тысяч в месяц. Что я могу украсть?
— Ну мало ли… Может, заначку откладываешь?
— Копила бы… если бы было из чего копить.
Он кивнул и вроде бы успокоился.
Прошло восемь месяцев. На счету оказалось уже пятьсот девяносто тысяч. Виктория подняла расценки до пятидесяти гривен за тысячу знаков и стала чаще присылать заказы. Оксана вычитывала тексты ночами, когда Артём спал крепким сном. Ставила будильник на три ночи и кралась на кухню работать при свете лампы.
Он ничего не замечал.
— Ты что-то совсем бледная стала… Может, витамины попьёшь? — заметил он однажды.
— Наверное… стоит попробовать, — кивнула она спокойно.
В аптеке она купила витамины по акции и показала ему чек с полной стоимостью. Разница составила четыреста гривен.
А потом случилось страшное: Артём нашёл её карту.
Виновата была сама Оксана: постирала пальто и забыла вытащить карту из кармана. Артём развешивал бельё и услышал характерный шелест бумаги или пластика…
— Это что такое?
Она вышла на балкон и увидела его лицо: он держал карту двумя пальцами как нечто неприятное или подозрительное.
— Сбербанк? Твоя?
Мгновение застыло во времени…
— Да… моя…
— И откуда взялась?
Она глубоко вдохнула:
— Мама перед смертью отдала мне её… На чёрный день оставила немного денег… Там около двадцати тысяч всего…
Мать умерла три года назад; Артём был тогда рядом: помогал с похоронами и бумагами… Но подробности его никогда не интересовали — считал это «женскими делами».
— Двадцать тысяч? И ты молчала всё это время?
— Это было мамино последнее желание… Я просто хранила их…
Он говорил медленно и отчётливо:
— Оксанка… У нас ведь нет секретов друг от друга… Покажи баланс!
Она взяла телефон без дрожи в руках: давно научилась контролировать себя даже в таких ситуациях.
На экране высветилось: 19 847 гривен.
Накануне она перевела основную сумму на другой счёт в Тинькофф – просто для подстраховки…
Артём внимательно изучил экран и пролистал историю операций: мелкие переводы да остатки – всё выглядело так, будто карта давно заброшена и почти пуста…
Наконец он сказал:
— Ладно… Но лучше бы ты сразу сказала… Я сюрпризов терпеть не могу…
Оксана кивнула молча…
Ночью она долго лежала без сна и думала: ещё немного осталось потерпеть… Полгода или год максимум… И тогда всё закончится…
Прошёл ровно год с начала отсчёта – март снова пришёл незаметно… На счёте в Тинькофф уже было семьсот восемьдесят тысяч гривен…
Оксана продолжала вести свою тетрадь учёта – теперь там были не только доходы от работы редактором-фрилансером, но также подробный расчёт того «долга», который якобы накопился перед мужем за последние три года его скрупулёзных подсчётов расходов: еда, коммунальные услуги, бензин для машины, мелкие покупки вроде зубной пасты или пакета молока…
Итого выходило около восьмисот пятидесяти тысяч гривен…
Она хотела вернуть всё до последней копейки…
Зачем? Ганна понять этого никак не могла:
— Ты что вообще?! Двадцать два года вкалывала бесплатно! Он тебе должен по гроб жизни! А ты ещё ему возвращаешь?!
Оксана пожала плечами:
— Он считает иначе…
Ганна закатила глаза:
— Ну и что?!
Оксана ответила тихо:
— Я хочу уйти так, чтобы он больше никогда ничего мне предъявить не смог… Ни слова…
Ганна покрутила пальцем у виска – но спорить дальше не стала…
В мае Оксане предложили постоянную работу редактором в небольшом издательстве – сорок тысяч зарплата плюс процент от продаж книг; официальное оформление через трудовую книжку…
Она ответила Виктории:
— Спасибо большое… Но пока рано… Возможно – через пару месяцев…
Виктория кивнула:
— Хорошо… Подождём тебя…
Через пару месяцев – когда она уйдёт окончательно…
Двадцать второго июня была их годовщина свадьбы – двадцать два года вместе прожили они бок о бок… Артём заранее забронировал столик в ресторане в центре города – недорогой заведение «Грабли» возле Пушкинской площади выглядело вполне прилично для такого случая…
Он сказал ей заранее:
— Надень синее платье! То самое – которое я тебе дарил на прошлый день рождения!
Она достала его из шкафа: шёлковое синее платье пятидесятого размера… За этот год она похудела до сорок восьмого – стресс да бессонные ночи сделали своё дело…
В сумочку положила распечатку со счёта: девятьсот двенадцать тысяч гривен – больше чем нужно было по её расчётам долга мужу; с запасом даже вышло…
И конверт с заявлением о разводе тоже положила туда же – готовый документ; просто ещё не поданный официально… Она хотела дать понять Артёму всё сразу…
Ресторан был заполнен лишь наполовину… Белоснежные скатерти сверкали при мягком свете ламп; официанты двигались бесшумно между столиками…
Артём заказал шампанское средней ценовой категории:
– За нас! За двадцать два года вместе!
Они чокнулись бокалами; Оксана пригубила напиток едва-едва…
– Артём… Мне нужно сказать тебе кое-что важное…
– Подожди! Я первый хочу! Я тут речь подготовил!.. Хотел сказать тебе спасибо за всё то хорошее для семьи твоей рукой сделанное—
– Артём—
– Дай договорить!.. Я понимаю: бываю строгим иногда… Но это ради общего блага!.. Ведь дисциплина —
– Артём… я ухожу!
Он осёкся посреди фразы; видимо речь была длинной заранее продуманной речью…
– Что значит «ухожу»?
Она достала из сумочки распечатку со счёта и положила перед ним на столик ресторана:
– Здесь девятьсот двенадцать тысяч гривен… Это моё содержание за последние три года жизни рядом с тобой: еда твоя любимая домашняя; коммунальные счета оплаченные вовремя; бензин твой бесконечный; мелочи всякие вроде носков или кофе утром перед работой… Всё посчитано строго по твоей методике учета расходов семьи…
Артём взял лист бумаги дрожащими руками; побледнел заметно после беглого взгляда цифры сверху страницы; посмотрел прямо ей в глаза:
– Откуда такие деньги?..
– Заработала сама!
– Как?! Ты же нигде официально не работаешь —
Работаю.