Она подошла к дочке, опустилась на колени и крепко её обняла.
— Не обращай внимания на тётю Зоряну. Мы поедем, как и собирались. Ничего менять не будем.
Поднявшись, она повернулась к остальным в комнате.
— А теперь послушайте меня внимательно. Вы поужинали? Чай попили? Отлично. В гостиной — диван, на кухне — раскладушка. Можете остаться переночевать. Но завтра ровно в 7:30 мы выходим из квартиры. И вы выходите вместе с нами.
— Ты что, нас выгоняешь?! — взвизгнула Зоряна. — Маму?!
— Я никого не выгоняю. Просто придерживаюсь заранее оговорённого плана, о котором вы знали уже полтора месяца. У вас есть машина — можете отправиться к Зоряне домой, снять номер в гостинице или поехать на турбазу за городом. Но здесь нас не будет, и ключи я оставлять не стану.
— Мирослав! Ты слышишь это?! — закричала Светлана, театрально заламывая руки у головы. — Она нас на улицу выставляет!
Мирослав подошёл ближе к жене и взял её за руку — его ладонь была тёплой и влажной от волнения, но он крепко сжал её пальцы.
— Леся права, мама. Это наш дом и наша жизнь. Мы просили вас не приезжать без предупреждения. Вы проигнорировали нашу просьбу, потому что решили: ваши желания важнее наших планов. Это проявление неуважения. Завтра мы уезжаем.
Ночь превратилась в настоящий кошмар.
Из гостиной доносились громкие перешёптывания, всхлипы и обсуждения «неблагодарных детей». Леся лежала с открытыми глазами всю ночь напролёт, прислушиваясь к дыханию мужа рядом.
— Как ты? — спросил он в темноте.
— Держусь… Страшновато немного, но всё правильно сделали. Ты молодец, Мирослав.
— Просто представил твоё лицо, если бы снова промолчал… Это было бы страшнее маминого скандала.
Утро 30 декабря выдалось пасмурным и серым, но внутри Леси уже светило солнце свободы. Будильник прозвенел ровно в семь утра.
На кухне сидели надутые Зоряна и Светлана с опухшими от слёз глазами; Арсен молча пил кофе с каменным лицом.
— Доброе утро! — бодро произнесла Леся, выкатывая чемодан в прихожую. — Пора собираться!
— Мы никуда не едем! — заявила свекровь с вызовом в голосе. — Мне плохо! Давление скачет! Оставьте нам ключи… Переждём пару дней и сами уедем…
Это был последний аргумент из старого арсенала: манипуляция здоровьем. Леся знала этот трюк до мелочей.
— Светлана, если вам действительно плохо — я прямо сейчас вызываю скорую помощь, — спокойно сказала она и достала телефон из кармана куртки. — Приезжает бригада медиков: измеряют давление; если нужна госпитализация – вас отвезут в больницу с хорошим уходом; если нет – значит можете ехать сами своим ходом. Но ключи я вам всё равно не оставлю.
Свекровь метнула на неё взгляд полнейшей ненависти без примесей сочувствия или понимания.
— Не надо скорую! — буркнула она раздражённо и неожиданно для «больного» человека резко вскочила на ноги с удивительной прытью.— Собирайся, Арсен! Нам тут никто не рад… Поехали к Жанне – она давно звала!
— К какой Жанне? – уточнил Мирослав недоумённо.
— К твоей троюродной тётке! Хоть кто-то родню уважает!
На сборы ушло всего двадцать минут – рекордное время для этой семьи.
Гости демонстративно проигнорировали прощание: Зоряна при проходе мимо Леси нарочно задела её плечом; Светлана же громко произнесла у подъезда:
— Нет больше у меня сына… Подкаблучник!
Когда задние фонари машины Арсена скрылись за поворотом улицы, Мирослав шумно выдохнул так глубоко и облегчённо, будто выпустил из себя весь накопившийся воздух за эти дни напряжения.
Они стояли возле подъезда под холодным ветром: чемоданы рядом стояли кучкой; дети растерянные жались друг к другу…
В этот момент перед домом остановился большой внедорожник – из окна высунулся улыбающийся Михаил:
— Эй! Туристы! Ну что там? Готовы веселиться? Мы горячий кофе прихватили!
Из машины выбежала Орися – подскочила к Лесе и обняла её крепко-крепко:
— Ну что? Прорвало?
Леся посмотрела вслед удаляющейся машине родственников… потом перевела взгляд на мужа – тот улыбался широко и помогал детям устроиться поудобнее в машине друзей…
— Прорвало ещё как… Орися…
— Тогда вперёд! Шампанское уже ждёт нас в багажнике!
Машины тронулись с места почти одновременно…
Леся смотрела через окно автомобиля на проносившиеся мимо заснеженные ели… Телефон вибрировал где-то глубоко в кармане куртки – одно за другим приходили гневные сообщения от Зоряны… Но доставать аппарат она даже не собиралась: вечером просто заблокирует номера хотя бы на пару дней…
Сейчас было важно другое: она сумела отстоять свои границы… Защитила свою настоящую семью – ту самую: мужа и детей…
И когда взглянула на профиль Мирослава – он смеялся над шуткой Михаила за рулём – то поняла вдруг ясно: этот Новый год станет лучшим из всех… Потому что он будет только их собственным…
А как считаете вы? Правильно ли поступили герои истории? Или всё же стоило уступить ради спокойствия в семье?..