Вернувшись домой, Екатерина застала Людмилу с пылающими от гнева щеками — та резко и раздражённо выговаривала что-то Ивану, который мрачно кивал. Мирон в это время наливал себе ещё одну рюмку.
— …и чтобы наконец дошло! — выкрикивала Людмила. — Раз он не идёт по нашему пути — значит, квартира достанется Тарасу. Племянник нас не подвёл: поступил в педучилище, парень спокойный, рассудительный…
Екатерина застыла на пороге, как будто её окатили ледяной водой. Тарас — сын её двоюродной сестры, недалёкий, но услужливый юноша, который как раз заканчивал педагогический колледж и уже встречался с дочерью завуча из своей школы.
— Что? — еле выговорила она.
Все обернулись. Людмила выпрямилась и приняла вид строгого судьи.
— А что? Ты всё слышала. Не хочет быть частью семьи — не будет ею ни в чём. Тарас ценит то, что мы создавали годами. А твой Данило пусть дальше ловит воришек в своей съёмной квартире…
Екатерина смотрела на родные лица и не могла их узнать. Те самые люди, которые всю жизнь учили детей добру и уважению к личности, теперь распоряжались квартирой как разменной монетой — лишь бы наказать за непокорность.
— Мама… — голос дрожал от ярости. — Ты серьёзно? Шантажируешь собственного внука? Лишить его наследства только потому, что он не стал копией деда?
— Это его выбор, — холодно произнесла мать. — А у каждого выбора есть своя цена.
Иван попытался вставить слово о компромиссе или примирении, но Екатерина уже ничего не слышала. Она взглянула на мужа с растерянным лицом и на родителей, застывших в своей уверенности.
— Хорошо… — тихо сказала она. — Я поняла цену и готова её заплатить.
Она развернулась и вышла из квартиры даже без сумки. В ту ночь домой она так и не вернулась: долго бродила по пустым улицам города, а затем приехала к Данилу в его маленькую однокомнатную квартиру на съёмной основе. Сын увидел её заплаканное лицо и всё понял без слов: молча поставил чайник.
Тем временем дома Иван пытался говорить о том, что «мама ещё передумает», что «старших нужно уважать», что «Данилу стоит просто извиниться». Но Екатерину эти слова только злили.
Родители звонили редко; разговоры были короткими и полными молчаливых упрёков. Это была медленная пытка без конца: ей было почти пятьдесят лет, а она всё ещё ждала от матери простого объятия со словами: «Всё хорошо, дочка… Мы были неправы». Но этого так и не случилось. Напротив – через знакомых она узнала: родители действительно начали оформлять документы на квартиру на племянника.
Однажды вечером ей пришло сообщение от Данила – совсем не обычное короткое «всё нормально», а длинное письмо:
«Мамочка… Сегодня был тяжёлый день в суде. Подсудимый – парень моего возраста; обвиняли его в грабеже – всё говорило против него… Но я заметил несостыковку в показаниях потерпевшего – того самого «пострадавшего». Оказалось: он сам всё подстроил ради страховки! Парня оправдали… Когда огласили решение суда – он расплакался прямо там… Потом подошёл ко мне и сказал: «Спасибо за то, что ты не прошёл мимо». Мам… вот это настоящая справедливость – та самая идея ради которой я живу… И ты стала тем человеком для меня – кто тоже когда-то не прошёл мимо меня… Спасибо тебе за это! Люблю».
Екатерина сидела одна в полутёмной комнате; единственный свет исходил от экрана телефона… Сквозь слёзы к горлу подступало чувство гордости за сына.
Она набрала номер матери. Ответ последовал не сразу:
— Алло?
— Мама… это я…
— Екатерина?.. Что-то случилось? — голос звучал настороженно.
— Нет… Ничего особенного… Просто хочу сказать вам с папой одну вещь: я вас люблю… Но я мать Данила! И я больше не позволю вам разрушать его жизнь ни давлением… ни угрозами… ни этой вашей нелепой затеей с квартирой! Хотите общаться с нами? Тогда делайте это по-человечески: без упрёков и унижений! Примите его выбор! Не хотите? Это ваше право… Но тогда между нами больше ничего общего нет!
В трубке повисла долгая пауза… Затем послышался тяжёлый вздох:
— Значит вот так?.. Дочь против родителей?.. Ради сына-предателя?..
— Он тебе может быть предателем… но для меня он сын! И он честный человек! А вы стали теми самыми людьми… против которых всю жизнь учили бороться своих учеников! Вы стали инквизиторами…
Она отключилась раньше ответа…
Где-то там был её сын – тот самый Данило – который сегодня восстановил справедливость и спас невиновного человека от тюрьмы… Он доказал своё право быть собой…