Дмитрий встретил их у самой калитки. Дом у него оказался основательный, из кирпича, участок аккуратный, пусть и небольшой. В глубине сада под навесом и правда дымился мангал, и оттуда тянуло таким ароматом жареного мяса со специями, что голова кружилась.
— Проходите, девочки, — радушно махнул рукой Дмитрий, приглашая во двор. — Очень рад, что выбрались. Только вот незадача: мой друг Александр подвел. Срочно вызвали на объект, пришлось сорваться. Так что будем втроем.
Наталья ощутила едва заметное разочарование. Трое за столом — слишком камерно, почти интимно, и это слегка настораживало. Но Екатерина тут же оживилась:
— Да и замечательно! Дмитрий, а покажете нам всё? У вас здесь просто красота.
Он повел их по участку. Екатерина без умолку щебетала, расспрашивала, то и дело касалась его рукава, ловила взгляд. Наталья шла немного позади, молча наблюдая за ними обоими.
За стол устроились в беседке. Дмитрий выставил нарезанные овощи, зелень, бутылку хорошего вина и графин с мутноватым напитком.
— Самогон, — пояснил он. — Домашний, на кедровых орешках. Мягкий, как слеза. Попробуйте.
Выпили, закусили. Мясо оказалось действительно великолепным — сочным, буквально таяло во рту. Сначала говорили о кулинарии, затем разговор плавно перешел к отношениям, а оттуда — к разводам.
— После своего развода я понял одно: в женщине главное — верность, — рассуждал Дмитрий, подливая самогона. — Чтобы не ветреная была, чтобы за спиной не гуляла. Я через это прошел. Второй раз на те же грабли наступать не хочу.
— Ой, Дмитрий, да вы просто пессимист, — кокетливо повела плечом Екатерина. — Не все же такие. Вам просто не повезло.
— Не повезло, — усмехнулся он, переводя взгляд на Наталью. — А ты что скажешь? Веришь в любовь с первого взгляда?
Наталья слегка пожала плечами, чувствуя, как алкоголь разливается приятным теплом.
— Трудно сказать. Наверное, бывает. Но мне кажется, сначала человека нужно узнать, привыкнуть друг к другу. А любовь с первого взгляда — это чаще всего просто гормоны.
— Разумно, — неожиданно серьезно кивнул Дмитрий. — Мудро рассуждаешь.
Екатерина в ответ поджала губы и занялась своей тарелкой.
Близилось одиннадцать. Наталья вспомнила, что утром на работу, да и выпили они немало — пора было собираться. Дмитрий вызвал такси.
Пока ждали машину, он отвел Наталью к калитке. Екатерина осталась в беседке.
— Наталья, — произнес Дмитрий тихо, — может, останешься? Утром отвезу.
У нее внутри все сжалось. Предложение звучало заманчиво, но внутренняя осторожность, выработанная годами, не позволила согласиться.
— Дмитрий, я не могу. Завтра к девяти на работу, да и вещи дома. И потом… прости, но мы слишком мало знакомы. Мне неловко.
Он тяжело вздохнул, но настаивать не стал. В глазах мелькнуло разочарование, однако он лишь кивнул:
— Понимаю. Это твое решение. Такси будет через пять минут.
Втроем вышли за калитку. Екатерина подозрительно притихла. Когда подъехала машина, Наталья села вперед, рядом с водителем — чтобы не укачало. Екатерина устроилась на заднем сиденье.
Проехали от дома несколько сотен метров. В салоне негромко играла музыка. Наталья уже расслабилась, когда сзади послышалась суета. Екатерина зашевелилась и кому-то позвонила:
— Алло… Да, это я… А можно я чуть позже перезвоню? — и тихо хихикнула.
Наталья не придала этому значения — мало ли кому звонит Екатерина.
Сначала довезли Наталью. Она вышла, попрощалась с подругой и поднялась к себе. Приняла душ, легла в постель и, несмотря на путаницу мыслей, быстро уснула. Ей снился Дмитрий, беседка, аромат мяса и почему-то красная блузка Екатерины, становившаяся всё ярче и ярче, пока не начинала резать глаза.
Прошло три недели. Жизнь шла своим чередом. Дмитрий звонил, но без прежнего энтузиазма: сначала ежедневно, затем через день, потом всего пару раз в неделю. Ссылался на завал на работе. Наталья обижалась, однако виду не подавала.
В конце концов она подумала: значит, не судьба.