Часть I. Визит дамы с собачкой
В мастерской витал запах старого дерева, лака и чего-то неуловимо древнего — словно само время пропитало эти стены. Ганна осторожно поддела пинцетом крохотную пружинку из музыкальной шкатулки девятнадцатого века. Работа по восстановлению антикварных механизмов требовала нечеловеческого терпения и точности, сравнимой с ювелирной. Малейшая ошибка — и мелодия прошлого замолчит навсегда.
Она ценила эту звенящую тишину. Здесь не было места предательству — всё подчинялось строгим законам физики, а не капризам чьего-то эго.
Резкий звонок в дверь грубо нарушил покой. Ганна вздрогнула, пружинка звякнула о столешницу. Сделав глубокий вдох, она сняла очки с увеличительными линзами и направилась к двери. На пороге стояла женщина, чьё лицо Ганна знала лишь по фотографиям из социальных сетей. Вживую она выглядела ещё более вызывающе: чрезмерно загорелая для поздней осени, в облегающем платье, явно не предназначенном для буднего дня.
В руках у неё была переноска с дрожащим пушистым существом внутри.
— Приветик, — бросила гостья без тени вежливости и протиснулась в прихожую, оттеснив плечом хозяйку квартиры. — Разуваться не стану — у вас тут всё равно антисанитария.
Ганна прислонилась к дверному косяку и скрестила руки на груди. Она сразу узнала Алину — ту самую фитнес-тренершу для домашних питомцев, ради которой Роман три месяца назад собрал вещи и ушёл «в новую жизнь», оставив Ганну здесь с фразой: «Поживи пока здесь, я не против».
— Это Роман тебя прислал? — спокойно уточнила Ганна.
Алина оглядела прихожую с видом санитарного инспектора на выезде.
— У него сейчас важнее дела: выбирает мрамор для кухни. А я решила ускорить процесс. Знаете ли, нам надоело ждать.
Она поставила переноску на тумбу рядом со стопкой квитанций за коммунальные услуги.
— Я скоро стану женой вашего бывшего мужа, так что вам придётся освободить это жильё. Теперь оно наше с Романом. Мы семья — нам нужно уютное гнёздышко.
Где-то глубоко внутри у Ганны начал разгораться тяжёлый тёмный комок злости — не слёзы (их она уже давно выплакала), а холодная ярость, плотная как металл её инструментов.
— Вы считаете эту квартиру своей? — переспросила она тихо и чуть склонила голову набок.
— Разумеется! Это же жильё мамы Романа — Ларисы. А он её единственный наследник! А вы тут… ну скажем так, задержались сверх меры. Он слишком воспитанный человек, чтобы выставить вас за дверь сам… но я такой деликатностью страдать не собираюсь! За своё я перегрызу горло кому угодно!
Алина подошла к зеркалу в прихожей, поправила локон и обернулась к Ганне так же равнодушно, как смотрят на мебель в магазине секонд-хенд.
— У вас неделя. Всё это старьё там у вас в мастерской можете забрать или выбросить на свалку — Роман хочет полностью переделать пространство: снести стены и сделать студию-лофт! Полы с подогревом… барная стойка… Будет просто райский уголок вместо этой развалюхи!
Ганна молчала; в голове начали складываться кусочки мозаики: самовлюблённый сомелье Роман со своими грандиозными мечтами и эта дама уверенная в том, что жизнь теперь будет плясать под её дудку… Они оба были уверены: им всё позволено.
— УБИРАЙСЯ ОТСЮДА, — произнесла она негромко, но отчётливо.
— Что ты сказала? — глаза Алины округлились от удивления. — Ты вообще кто такая? Приживалка!
— Я сказала: катись отсюда вместе со своим дрожащим зверьком из сумки… Пока я тебя по лестнице вниз не спустила лично!
Алина фыркнула было презрительно… но наткнувшись на взгляд женщины, которая каждый день работает острыми инструментами размером с иглу… попятилась к выходу.
— Психованная! Я всё расскажу Роману! Ты ещё пожалеешь! Мы вызовем полицию! Тебя выселят через суд! Позорище!
Дверь захлопнулась с глухим стуком. Ганна осталась стоять одна посреди коридора… прислушиваясь к удаляющимся шагам каблуков по лестнице вниз…
— Лофт ей подавай… С подогревом полов… — прошептала она себе под нос вполголоса…
Часть II. Сомелье и его амбиции
На следующий день появился сам Роман. Он вошёл так важно и уверенно, будто был владельцем не только этой квартиры, но всего подъезда целиком вместе с чердаком и подвалом впридачу. На нём был идеально сидящий костюм; от него пахло дорогими духами вперемешку со следами вчерашнего вина после очередной дегустации…