Данило попытался заступиться за бывшую, уверяя, что каждый может оступиться и что важно находить в себе силы для прощения. Однако Орися вовсе не намеревалась взваливать на себя чужие трудности.
— Мне нечего ей прощать. Она для меня посторонний человек. Либо ты просишь её уйти, либо уходишь вместе с ней.
Он решил надавить на жалость:
— А Валерия-то при чём?
— Ей просто не повезло с матерью, — ледяным тоном произнесла Орися. — Если хочешь, девочка может остаться. Но Марьяна — нет.
Марьяна вспыхнула от возмущения и категорически отказалась разлучаться с дочерью. Перепалка стремительно набирала обороты. Орися больше не старалась держать себя в руках:
— Нужно было раньше думать, когда продавала квартиру!
Обстановка становилась всё более напряжённой. Ещё накануне Орися с радостью представляла предстоящую свадьбу, а теперь ясно осознавала: всё рушится на глазах. Делить жильё с этой женщиной она не собиралась и искренне недоумевала, как Данило вообще мог предложить подобное.
Когда Марьяна разрыдалась, Орися её слезам не поверила.
— Это меня не касается. Пусть оформляет кредит, снимает жильё — способов достаточно.
— У неё и так кредиты в банках, — тихо признался Данило.
В этот момент Орися приняла окончательное решение:
— Всё, я изменила своё решение. Теперь остаётся только один выход — вы уходите все. Свадьбы не будет. Между нами всё закончено.
Данило растерялся, но спустя мгновение без слов принялся складывать вещи. Через несколько минут он вышел с сумкой, и вскоре квартира опустела.
Орися осталась одна. Она медленно опустилась на диван, чувствуя в воздухе чужой аромат духов. С отвращением поморщилась, открыла окно и впустила холодный свежий воздух.