Ганна от неожиданности выронила стеклянную банку, которую мыла. Посуда с грохотом разбилась о пол, и от множества осколков Александра испуганно вскрикнула и присела на корточки.
— Тихо, девчата! Без криков мне тут! Обе с моими внуками под сердцем ходите — вот и живите мирно.
С улицы зашла баба Ганна. Она застала сцену в самом разгаре.
— Совсем спятил старый бес, ещё одну жену в дом притащил!
Бабушка Ганна схватила взрослого сына за волосы. Тарас только сопел, но молчал — матери он не перечил: знал, что выругается, а потом отойдёт, как всегда бывало.
— Мама, ну пожалуйста, успокойтесь!
— Я тебе покажу «успокойся»! Всю деревню насмешил — гарем развёл у меня дома! Султан без штанов!
— Ну не кричите так…
— О чём ты думал?! Девку обрюхатил! Ей ведь сколько лет? Что она с тобой делать будет — со старым хмырём?!
— Пусть рожает!
— Да пусть уж рожают! У нас тут не дом — родильный пункт на колёсах! Приводи ещё кого хочешь — всё одно уже… Изверг ты. И чего бабы в тебе находят — уму непостижимо.
Баба Ганна отправилась на кухню. Гарем гаремом, а обед сам себя не приготовит. Старость сделала её ещё суше и морщинистее, но задора она не растеряла. А как иначе? Раз Господь внуков посылает сразу гуртом — значит надо справляться.
С той поры их во всей округе стали звать «Тарасов гарем». Женщины ходили по дому почти синхронно: сроки у обеих были почти одинаковыми — словно утки по двору.
Тарас стал тише воды ниже травы: чаще оставался дома или уходил на подработки. Хоть и был он бабником знатным, но пил редко и работал много.
Многим было бы интересно узнать: как же уживались жена Тараса и Александра под одной крышей?
А ничего так — терпели друг друга. Баба Ганна хоть сына и бранила часто, но вторую сноху приняла без лишних слов. Что теперь поделать? Когда живот уже на нос лезет — поздно махать руками. Сначала женщины между собой даже словом не перекидывались, а потом начали понемногу разговаривать. Мария сильно обижалась на мужа и жаловалась бабушке:
— Мама… За что он так со мной? Всю жизнь бегал по бабам… А теперь ещё ребёнка чужого будет растить… Чем я провинилась?
— Да ничем ты не виновата, дочка… Сын у меня непутёвый… Я его ведь от цыгана родила… Табор тогда стоял у реки… Вот любовь-то меня и накрыла…
— А дедушка?
— Данило меня уже беременную взял… Сына своим записал… Любил сильно… Ни разу ни словом не укорил…
— А тот цыган?
— А что цыган? Перекати-поле… Но красив был страшно… Пел как соловей… Только вспоминать теперь остаётся да смотреть на этого паразита — Тараса…
— Так вот он в кого такой гулящий…
— Да уж… Кровь никуда не денешь… Наплюй ты на него… Скоро рожать тебе… Нельзя тебе нервничать…
После этого разговора Мария немного пришла в себя и даже перестала смотреть волком на Александру.
Александра сама толком не понимала: радоваться ей или нет тому, что Тарас привёл её жить к себе. Вроде бы при мужчине теперь жила – а вроде бы и не жена вовсе. Но ничего – устроилась понемногу: помогала бабе Ганне по хозяйству да иногда еду готовила для всех.
Когда пришло время, Мария родила девочку. После трёх сыновей появление малышки стало настоящим праздником для всей семьи. Особенно счастлив был Тарас – это была его первая дочка: поздняя радость да такая желанная. Баба Ганна тоже светилась от счастья – наконец-то девочка появилась в их роду.
Роды дались Марии тяжело – возраст давал о себе знать. Но когда всё позади осталось – она смотрела на личико дочери с такой нежностью и улыбкой… Поздний ребёнок – зато долгожданная дочка… Видимо неспроста судьба её подарила…
Мария долго приходила в себя после родов – организм восстанавливался медленно.
А Александре оставалось до срока ещё недели три–четыре. Молодая была – беременность переносила легко. Но однажды вечером из её комнаты донёсся страшный крик…
Что именно вызвало такие стремительные роды у Александры – никто так и не понял до конца. В больницу отвезти её вовремя не успели: прямо дома баба Ганна вместе с Тарасом приняли мальчика.
Малыш закричал сразу громко – словно заявляя всем о своём приходе в этот мир. А вот сама Александра справиться уже не смогла: началось сильное кровотечение… Пока из деревни добрались до города – время было упущено…
Спасти Александру врачи уже не смогли…
Пока шли похороны молодой женщины, Тарас словно почернел лицом… Он почти беззвучно плакал над могилой своей Зоюшки…
А дома его ждал новорождённый сын без матери…